Книга Развод по ее правилам, страница 36 – Александра Багирова

— Согласна, — смеюсь. — Но я тоже хочу отметить, что тебе больше не придется измерять линейкой расстояние от края стола до десертной вилки. И выслушивать нудные лекции Егора о том, что громкий смех — это признак плебеев. Граф Пылинка свергнут с престола!

Люда фыркает, чуть не расплескав сок.

— О, дорогая, ты даже не представляешь, как именно он был свергнут. Его финальный выход был просто эпическим. Достойным античной трагедии в декорациях дуэльного клуба! Я его так красиво умыла… — она с горящими глазами наклоняется ко мне, но тут ее взгляд падает на Лину, которая внимательно смотрит на нас. Люда осекается и заговорщически подмигивает. — Но детали — это контент не для нежных детских ушек. Шантаж, грязное белье интеллигенции… Вечером, Катюша. Закроемся у тебя на кухне, и я расскажу тебе, как правильно препарировать педантов. А ты расскажешь мне, о взаимодействии Питекантропов с тараканами.

Я киваю, предвкушая этот вечер. Я так истосковалась по сестре. Вечер обещает быть очень познавательным.

Вдруг маленькая ладошка Лины ложится поверх моей руки. Я опускаю взгляд. Моя младшая дочь смотрит на меня абсолютно серьезными, взрослыми глазами.

— Мам, — тихо говорит она. — Ты не грусти из-за папы. Он поступил очень плохо. Он обманщик. А мы с тобой и Кирой — банда. Нам и без него хорошо. У нас есть бабушка и тетя Люда.

От этих слов у меня перехватывает горло. Кира на другой стороне стола шмыгает носом и тянется, чтобы взъерошить Лине волосы.

— Мелкая права, мам. Мы — банда.

Мама промокает глаза салфеткой.

— Золотые девочки. И вы, доченьки, все правильно сделали. Нечего обманщиков терпеть.

Сестра переводит взгляд на маму, и ее ироничная улыбка немного меркнет, сменяясь искренним сочувствием.

— Мам… мне прям физически больно от мысли, что тебе сегодня придется возвращаться в этот мавзолей бокса. Папа ведь сейчас там рвет на себе волосы над останками алтаря.

— Ох, Людочка, справлюсь как-нибудь, — вздыхает мама, поправляя салфетку. — Не впервой его закидоны терпеть. Поноет и успокоится.

— Если бы просто поноет, — Люда сурово сводит брови. — Кать, ты же понимаешь, что он не оставит своего Питекантропа в беде? Папаня наш — фанатик. Даю гарантию, он уже строит планы, как спасти чемпиона. Он устроит диверсию. И в таком состоянии он на многое способен.

— Теть Люда права, — кивает Кира. — Дедушка может начать спонсировать папу и оплачивать ему адвокатов. У него знакомые остались, связи.

— Да, — киваю, — Отец заслужил уважение в определенных кругах. Значит, надо перекрыть ему кислород. Лишить доступа к финансам.

— Однозначно, — сестра выставляет вверх большой палец. — Над этим поработаем.

А потом мы решаем закрыть неприятные темы, переходим к разговорам о работе Люды, учебе Киры, и атмосфера за столом заметно становится теплее.

И тут сестра, внезапно замолкает. Ее взгляд, острый, как скальпель, фокусируется на ком-то за моей спиной.

— Катя, — Люда элегантно промокает губы салфеткой. — По-моему, у тебя появился поклонник. И с очень… впечатляющими исходными данными.

— О чем ты? — я хмурюсь.

— Мужчина у окна, — кивает головой. — С идеально посадкой, в стильном костюмчике, сидит с каким-то пузатиком, и смотрит исключительно на наш столик… Точнее, на тебя. Взгляд такой… сканирующий. Словно он в уме высчитывает рентабельность твоей ауры.