Книга А он был женат, страница 90 – Саша Киндер

Я упал на лавочку в парке напротив дома и тряхнул головой. Если бы я сам что-то понимал! Если бы не рвался на части с тем, что правильно, а что хочу.

— Я уверен, что она тебя не обидит, — отчеканил, — и не говори ей, что я что-то тебе плохое про неё рассказывал. Прошу тебя, мам. Я лишь хочу вас подружить.

Большего ей слышать и не надо было. Она уже начала заканчивать этот разговор:

— Ну давай попробуем. Не жди от меня восхищения и радости. Я не хотела знать её с самого начала, когда вы плевать хотели на моё присутствие на свадьбе. Вот теперь и не надейся, что я плясать буду от вида вас двоих. Всё. И не тащи сюда баулы, я и без тебя умею в магазин ходить.

Небо перед глазами заволокло тучами. По ощущениям подобное же состояние было внутри меня — я шагал по лезвию ножа. Что будет, если Ира меня рассекретит? Что мне делать в эту самую секунду? Так или иначе, сейчас я боялся этого больше всего на свете. Напряжение росло.

— Спасибо, мам. Обещаю, что сильно тебя мы не потревожим.

* * *

За четыре месяца до расставания — Ира

Самолёт приземлился в солнечном городе, удивив тем, как сильно отличается погода в, казалось бы, не таких далеких городах. У нас был мелкий дождик, а у них лишь облака, позволяющие проглядывать меж них ярким греющим лучикам.

— Прилетели, — я сперва убрала с лица сопящего Ярика мешающие прядки волос, а после прижалась от умиления губами к его щеке, — ты всё проспал, Ярь.

Мужчина сперва широко улыбнулся, после открыл один глаз, затем чмокнул меня в ответ и только после этого разглядел уже встающих пассажиров, не терпящих длительное сидение в кресле.

— Нервничал, вот и вырубился, — потянулся он, — мама сложный человек, а вот ты… не боишься?

Сложный вопрос. Мандраж, конечно же, присутствовал, но если бы я поддалась ему окончательно, то вряд ли смогла быть самой собой и вообще куда-то лететь. Нужно было расслабиться, но держать себя в руках, как бы это друг другу не противоречило.

— Она ведь нас ждёт, — пожала плечами, — думаю, что всё пройдет отлично, мы же вместе. Да и я смогу подстроиться, если что-то пойдет не так. У меня есть опыт.

Например, с мамой Богдана. Нужно было слушать её часами, когда она раздавала советы. Что-то могло быть сложнее этого?

— Просто прими, что она может выдать что-то неприятное, а иногда и странное, Ирюсь, — он уткнулся носом в моё плечо, — я прошу лишь о терпении. Твои родители невероятно замечательные, а я боюсь разочаровать тебя или сделать неприятно.

Он выглядел очень милым в этот момент. Виноватым, сожалеющим и ранимым. Мне не нравилось то, что он так отзывался о своей маме, но если так выходило, то нужно было корректировать это в нём. На что же он был обижен в детстве, если сам опасался её и ещё меня подначивал?

— Твой отец ушёл из семьи из-за её характера? — решила быть прямой, чтобы, не дай бог, не задеть эту тему при самой женщине.

В проёме почти не осталось людей. Пора выходить и нам.

— Да, и по этой же причине она не позволяла ему общаться со мной, — подтвердил Ярик, — от этого было достаточно неприятно в будущем, когда мы встретились.

Я приподняла бровь.

— Это и правда неправильно, — подумалось мне, — какой бы папа не был, запрещать ему быть отцом — преступление. Не столько по закону, сколько для самого ребёнка. Я не представляю, как мне было бы тяжело без папы. Он слишком мне дорог.