Книга Измена. Вернуть свою жизнь, страница 7 – Ирина Манаева

Любопытство вкупе с желанием забыть о своём несчастье, потому что разговор с подругой меня увёл от страданий.

— Что это? — интересуется.

— Ну, вот как ты с ними знакомишься. А потом что?

Ленка наполняет бокалы, снова откидываясь на диване.

— Пять минут назад ты поливала меня грязью, негодовала, как я могу позволять мужу подобное. А теперь ты ухмыляешься мне в лицо, и я вижу, как блестят твои глаза в темноте.

Цокаю языком. Придумывать она горазда.

— Я всё ещё не одобряю, — решаю уточнить.

— Но жаждешь подробностей?

— Ой, ладно, — машу на неё рукой, — ничего не говори.

— Да уж развлеку тебя, всё равно застряла тут до утра.

Она нарочно меня дразнит, и каждая из нас знает это. Ставит бокал на столик, обхватывая меня так крепко, что невольно выдыхаю.

— Аська, — следует поцелуй в щёку, — никто не стоит твоих слёз, поняла?

Еле заметно киваю.

Сейчас меня обнимает лучшая подруга. А где-то там, за периметром квартиры Марк делает то же самое со своей беременной стервой.

Одиночество убивает человека.

Оно поглощает его, накрывая мерзкими холодными щупальцами. А компания лечит. Пусть не каждого, не любого, но мне всегда было проще с кем-то. Вот так сидеть и говорить ни о чем, не зацикливаться на проблеме или ситуации, которую надо пережить.

— Я на сайте знакомств уже пятый год, — продолжает рассказ Ленка. — Да там полно всех, на каждого кто-то найдется. Кстати, мои две подруги нашли вторых мужей именно там. Так что ты тоже можешь попробовать.

Кошусь в её сторону, смотря, как на лице подруги играет свет от экрана телевизора. Совсем сбрендила?

— И не делай такое лицо, — учит она. — Они счастливы с мужьями, живут припеваючи уже лет по пять.

— Это еще ничего не значит. Марк, например…

Но она перебивает.

— И чего ты мне тут будешь своего Марка в каждую щель толкать? Забудь, как плохой сон. Бабы — стервы, мужики — козлы, — хлопает себе по коленке, будто утверждая документ. — Народная мудрость, между прочим! — делает ремарку. — Так вот… Слушай, оливок нет, а то безумно хочется, — перебивает саму себя, и я поднимаюсь, чтобы исполнить роль гостеприимной хозяйки.

— Ну и вот, — продолжает диалог, — живут нормально, у одной ребенок уже родился, а у второй проблемы с этим, но да ладно. Не в этом суть. Нашли друг друга одинокие сердца, теперь живут в ячейке, мёд собирают.

— А ты там тоже себе второго подыскиваешь? — достаю банку, быстро справляясь с крышкой, и возвращаюсь к Ленке с креманкой, в которую выложила зелёные кругляши.

— Зачем он мне, пока первый есть? — хватает оливку, отправляя в рот. — Я, Аська, за количеством в этом деле не гонюсь, — причмокивает так, что я тоже не могу удержаться и беру пару плодов. — Муж пусть будет один, а вот любовников — много. Хотя, если найду одного такого, чтобы не захотелось от него ни к кому, остановлюсь.

Её слова не ложатся в голову никак. Будто я пытаюсь утрамбовать что-то большое и тяжёлое туда, куда оно заведомо не поместится. Просто слушаю, намереваясь абстрагироваться от того, что моё естество против подобной политики.

— И много у тебя их было? — интересуюсь, чувствуя себя журналистом, который берёт интервью.

— Аськаааа, — тянет, будто я спрашиваю несусветную чушь, — учет не веду! Ты думаешь, у меня есть такая записная книжка, как в кино, где я пишу, кто, когда и сколько? — она фыркает. — Не смеши.