Книга Измена. Вернуть свою жизнь, страница 105 – Ирина Манаева

— Мое дело предложить. Так, а что все-таки за Влад? — возвращается к теме.

— Да забудь.

— Не-а.

Вот пристала. Если Ленка к чему-то прицепится — не ослабит хватку, как питбуль. Говорить о студенте не хотелось, хоть отчего-то было лестно, что парень искал, значит, могу цеплять. Не безликая рыба в мировом океане, включающем обилие видов. Только всё же решаю соврать, вспоминая, что по мнению Ленки разносчик — низшая ступень эволюции.

— Да есть там один.

— Интересно, — тянет Ленка, — надеюсь, не курьер? — она будто издевается надо мной.

— Врач, — нагло заявляю. — Хирург с мировым именем. Слушай, я тебе потом о нем расскажу, если узнаю поближе. Пока не о чем говорить.

— Ладно-ладно, — сдаётся. — Где платье выбирать будем?

Надо же, все помнит. Как можно держать весь разговор в памяти? Я всегда страдала от того, что начинала рассказывать про красную ленту, а заканчивала убийством царской семьи. Или же не могла вспомнить прерванный разговор, на чем именно он закончился. Плохо откладывались в памяти и имена героев из прочитанных книг, впрочем, как и сами события, и спустя пару лет могла с уверенностью лишь сказать одно: какие ощущения вызвала то или иное произведение. Да, память не была моей сильной чертой, с которой так повезло Ленке. Та, наоборот, помнила все прочитанное, увиденное, сказанное. Что ж, каждому свой талант.

Свадебный день выдался изумительным: тепло, но не душно, небольшой ветерок, малочисленность машин, хозяева которых сбежали из города. Церемония назначена на половину одиннадцатого.

Укладываю короткие волосы, выбирая бежевое платье-миди на бретельках, плотно обтягивающее фигуру, и лакированные шоколадные туфли на каблуке. Делаю дневной неброский макияж, губы приобретают кремовый оттенок. Сумочка в тон обуви, сережки, браслет и подвеска из белого золота — подарок Марка. Всё. Я готова к празднику в стиле нюд.

Такси приезжает быстро. Нарочно звоню в другое, ни где Борис. Спускаюсь вниз, получая комплимент от старичка-консьержа, и в который раз вижу того, кто не понимает слов. Борис окликает меня, только быстро забираюсь в машину и прошу ехать. Когда-нибудь ему надоест ходить следом, и он выберет другой предмет для обожания, чтобы отбрасывать свою тень.

Мы из разных жизней.

Зойка сидит в халате, подставив лицо визажисту. Укладка готова — подобранные наверх локоны украшены маленькими белыми цветами. Живот уже прослеживается, значит гостям будет, о чем поговорить за столом. Токсикоз прошел совсем недавно, чему Зойка несказанно радовалась, устав от постоянных посещений туалета. Она, как и полагается, была в приподнятом настроении, ожидая от этого дня чего-то волшебного.

Смотрю на сияющую сестру и мысленно желаю ей счастья. Ну не все же мужики негодяи и подлецы?

Говорить чувственно не умею, за меня это обычно делает музыка, потому кладу руку на плечо сестры и улыбаюсь.

— Аська, какая ты красивая! — смотрит Зойка на меня через зеркало.

— Это я должна отвешивать тебе комплименты, а никак не наоборот, — целую её в щёку.

— Маму видела? — интересуется Зойка.

Качаю головой.

— Она уже начала, — щелкает сестра себя под подбородком. — Опять станет речь толкать, как на твоем выпускном.

— Ася, дорогая, а почему твой кавалер мнется у двери? — внезапно слышу голос матери, которая проталкивает в комнату Бориса.