Книга Игра Бродяг, страница 246 – Литтмегалина

Наёмница нахмурилась, но, против обыкновения, ничего не сказала.

— Годсэнт нес девушку столько, сколько мог, а потом положил ее на землю и упал рядом, не способный ступить и шагу. А огонь был так близок… Годсэнт ощущал его тепло или же ему казалось, что он ощущает. В любом случае, этого было недостаточно, чтобы согреть его и Девушку Без Имени, объятых холодом смерти. Так хотелось жить, снова увидеть солнце, услышать шорох зеленых листьев, прижаться носом к распускающемуся цветку — но не было сил двигаться дальше. Это было абсолютно ужасно. Годсэнт закричал бы от всепоглощающей тоски… но она выходила только как слезы.

Огонек горел за деревьями.

Чувствуя боль Годсэнта, Девушка Без Имени открыла глаза и впервые за долгое время взглянула на него. Ее слова прозвучали крайне жутко, но они были произнесены потому, что она хотела помочь тому, кто был ей дороже всего на свете. Она сказала… — Вогт запнулся.

— Что она сказала? — не выдержала Наёмница. — Почему ты опять замолчал, Вогт? Так что она сказала?

Вогт вдохнул горячий воздух и провел ладонью по мокрому лбу. Его лицо, красное и мокрое от жары, страдальчески сморщилось.

— Да что за… — пробормотала Наёмница. Она подняла взгляд к небу и увидела, что оно бледно-голубое, почти бесцветное, как будто солнце выжгло его синеву добела.

— Она сказала: «Я знаю о кинжале, который ты прячешь при себе. Вонзи его в мое сердце. Я отдаю тебе мои кровь и плоть и вместе с ними те силы, что еще остаются в моем меркнущем теле. Утоли мною жажду и голод и иди к огню, потому что только так ты сумеешь добраться до него. Я хочу, чтобы ты спасся, даже если ты спасешься без меня».

Наёмница встала столбом. Рот ее раскрылся так широко, что в него без проблем залетела бы птица средних размеров.

— Она попросила, чтобы он съел ее? — выдохнула она пораженно. — Съел?

— Ну… если это сформулировать так, то… да, — промямлил Вогт.

— Я раньше подозревала, что у тебя с башкой не все в порядке, Вогт. А теперь я точно это знаю!

— Моя история не более странная, чем твоя, — обиженно надул щеки Вогт.

— Правда? Если ты так считаешь, то ты еще более двинутый, чем я считала!

— Так ты хочешь узнать, чем все кончилось?

— Кажется, уже нет…

— Годсэнт ужаснулся этому предложению, — тем не менее продолжил Вогт. — А огонь был так близок, и ему так хотелось жить… и тогда он…

— Почему именно она должна быть съеденной? — возмущенно возопила Наёмница, отпрыгивая от Вогта на три шага. — Почему не Годсэнт? Ведь он был гораздо пухлее…

— Девушка Без Имени была ранена. Она все равно умирала.

— А Годсэнт был отравлен и, ты сам сказал, не мог идти дальше. Да и что там в ней есть? Кожа до кости, даже падальщикам будет нечем поживиться. Все это неправильно! Это дурацкий финал! Он мне не нравится!

Наёмница протестующе замахала руками. Порыв ветра приподнял ее волосы, и только в этом момент она осознала, что, увлеченная спором с Вогтом, даже не заметила, как они поднялись до самой вершины холма. Встав перед Вогтом, она попыталась заставить его посмотреть в ее сердитые глаза, но он смотрел куда-то вдаль над ее плечом. Его глаза расширились.

— Вогт, ты должен… да куда ты смотришь? Что там? — она развернулась. — Туман… туман?

Она неосознанно попятилась и врезалась спиной в Вогта.