Книга Игра Бродяг, страница 126 – Литтмегалина

Конечно, Вогтоус умел читать, по строкам там же хорошо, как и между ними.

— Отыскать его будет несложно — он знатный человек, известен всем в городе. Видишь ли, обстоятельства требуют, чтобы я возвратился в те края, откуда прибыл. Моя старая мама, понимаешь ли, тяжело больна. Я оставил ее, потому что должен выполнять свою работу, а работа, хотя и кормит, безжалостна. Боюсь, если не поспешу, уже не увижу ее живой.

— Работу? — спросил Вогт.

— Мать. Если мне идти в Торикин самому, я потеряю кучу времени, а для меня сейчас каждая минута подобна алмазу, — это говорил человек, который совсем недавно плескался в реке, лениво разводя руками. Лживость его голоса резала слух, но Вогт только развешивал уши, которые от усердия стали длинные, как у кролика.

— Только отдать письмо? — невинно утончил он.

— Да-да, только-то, — Ржавый принужденно рассмеялся. — Работенка непыльная, верно?

— А как я попаду в город?

— Вот с этим дорога в Торикин будет открыта для тебя, — снова запустив руку в сапог, Ржавый вытащил тяжелый позолоченный медальон на серебряной цепочке и положил его Вогту на ладонь. — Это медальон гонца. Спрячь его под рубашку и не показывай никому, кроме стражников. Еще скажи им: камни под водой. Это пароль. Не забудь, «камни под водой».

— Это то, о чем мне никогда не забыть, — мягко произнес Вогт.

— Письмо — это тайна, понял? Секрет.

Вогт был в восторге. Он слегка повернул медальон, и солнечный луч, протиснувшийся сквозь тучи, скользнул по золотистой поверхности. Вогтоус прижмурился, затем посмотрел в глаза Ржавого. В Вогтовых темно-синих зрачках мельтешили насмешливые искорки, которые Ржавый предпочел не заметить.

— Я же могу рассчитывать на награду от того, кому принесу письмо?

— Да, — подтвердил Ржавый, скалясь. — Без награды тебя не отпустят, уж будь уверен.

Они пожали друг другу руки.

— Послушай, — крикнул Вогт уже на расстоянии. — Хотел спросить, да чуть не забыл. У тебя есть тонкая веревка?

У Ржавого была бечевка.

Послюнив кончик бечевки, Вогт продел ее сквозь отверстие в камне. Камень он повесил на шею, где уже висел медальон гонца, и затем прикрыл их рубахой.

Он шел к Торикину, и у него было то, с чем любой человек, а не только божественного происхождения, может ощутить себя по-настоящему могущественным.

* * *

Тучи сгрудились так тесно, что совсем потемнело, как будто ночь вдруг решила прийти пораньше, отобрав у дня несколько часов. Вогтоус слышал раскаты грома и замирал в предчувствии ливня, такого сильного, что листья, сбиваемые каплями, будут падать с деревьев. Птицы попрятались заранее, ему же, одинокому бродяге на пути в большой злой город, прятаться было негде и некогда. Впрочем, впереди уже показались серые торикинские стены, особенно угрюмые в этом тусклом свете, так что есть шанс, что он доберется до цели раньше, чем грянет гроза.

Чем пристальнее Вогтоус вглядывался вперед, тем прозрачнее и иллюзорнее казалась ему темная груда города. Так близок к исчезновению, что уже почти исчез. На секунду Вогт увидел очертания холмов и деревьев, что пока заслонял собой Торикин. Вогт моргнул, потряс головой, и все вернулось как было — снова впереди Торикин с его башенками и флагами, хотя Вогт не сомневался, что позади города открывается тот самый вид, что ему померещился.