Книга Развод. Я ухожу из твоей жизни, страница 18 – Даша Черничная

— Ты просто не слышала меня, Настя, — вздыхает устало и смотрит на часы. — Мне пора ехать, а тебе наверняка пора на работу. К бесконечной череде чужих проблем. Твою машину пригонят мои парни ближе к обеду. Все, иди, Настя.

Ошеломленная, выхожу на улицу, вступаю теплыми сапогами в сугроб и провожаю взглядом уезжающий автомобиль мужа.

Настя

Работа не идет, все валится из рук.

Это неудивительно, ведь слова Гриши что-то надломили внутри меня.

Ощущение скорого краха заставляет по-другому посмотреть на ближайшие перспективы.

— Насть, у тебя все хорошо? — спрашивает Митя, глядя на то, как я уставилась в экран выключенного ноутбука.

— А? Да, все нормально, — нажимаю на кнопку, чтобы запустить ноутбук.

Экран мерцает, и я захлопываю крышку, понимая, что не собиралась сегодня работать за компьютером.

Митя, стоящий рядом, цыкает.

— Так не получится, он все равно включится.

Открывает крышку, ждет, пока компьютер запускается, а после нажимает на кнопку выключения.

— С Гришей поссорились, да? — спрашивает с жалостью.

— Откуда знаешь?

— Мимо проходил, видел, как вы в салоне тачки цапались.

— Угу. Разводимся мы с ним, походу, — роняю лицо в раскрытые ладони.

— Из-за того поцелуя? — интересуется аккуратно.

— Как выяснилось, не только, — отвечаю обтекаемо и поднимаюсь со своего места.

Сотрудник Гриши, как тот и обещал, пригнал мою машину к обеду. Я забираю ключи и говорю:

— Мить, я поеду домой, хорошо?

— Там ориентировки прислали… — намекает на то, что нужно ехать на поиск.

— Без меня сегодня, окей?

— Хорошо, Насть. Поезжай.

Растерянная, выхожу из офиса и сажусь в машину. Минут пять прогреваю салон, а потом аккуратно выезжаю на улицу.

Разговор с Гришей морально размазал меня, поэтому катаюсь по заснеженным улицам бесцельно. Домой ехать не хочется, к родителям далеко — они за городом в поселке живут. Да и мама начнет ковыряться в ранах, тактичность не ее конек.

Подруга у меня одна, Ульяна, ее сыновья* учатся с Арсением в одном классе, но нагружать ее своими проблемами сейчас не хочется.

В животе урчит от голода, и я останавливаюсь у кафе в центре, прохожу, сажусь за столик и делаю заказ. Смотрю в окно на идущих по тротуару редких прохожих.

Неужели это все? И вправду конец?

Осознание приносит с собой леденящую пустоту внутри.

А как же Арсений? Гриша? Как расставаться с ними? Пожить отдельно — это первый шаг, который непременно приведет к разводу, иначе быть не может.

— Привет! — звонкий мелодичный голос вырывает меня из пучины тоски.

Напротив меня за стол садится Аврора.

Мило улыбается, словно мы старые знакомые. Женский взгляд невольно подмечает, как она выглядит. На ней приталенное кашемировое платье, открывающее вид на высокую грудь. Волосы завиты и красивой волной лежат по плечам. Дневной, но очень аккуратный макияж. Гордая осанка сразу выдает балерину. Нюдовый маникюр. Кольца, серьги — все как полагается.

Поворачиваю голову и смотрю на свое отражение.

Серая водолазка, серые мягкие брюки, серые теплые ботинки. Лицо тоже серое, без грамма макияжа. Ногти не видели маникюра уже два месяца.

Господи, да я просто серая мышь рядом с ней!

— Чего тебе? — отвечаю резко.

Всеми этими милыми улыбочками меня не взять. Аврора — настоящая тварь под личиной ангела. И дело даже не в том, что она висла на моем муже, а в том, что бросила собственного ребенка. Забила. Забыла.