Книга Верить ли словам?, страница 7 – Юлия Крымова

Как только у меня появилась возможность, я настояла, чтобы она бросила работу. Мама согласилась, но усидеть дома не смогла. Стала ходить с соседкой в храм, что выстроили неподалеку. Сначала за компанию, по большим праздникам. А затем и каждые выходные — исповедоваться, причащаться, носить пожертвования.

Сама я не могу назвать себя набожной, но маму отчасти понимаю. Как и понимаю поведение Марины сейчас.

Ее воздушный замок рухнул и нужно найти виноватых.

Так ведь проще, да? Выплеснуть на кого-то обиду. Нагрубить. Задеть.

Поэтому я никак не реагирую на ее слова о моем браке.

Я рада, что она мне позвонила. Даже несмотря на то, что как сестре мне хочется ее отругать, как психолог я этого делать не стану. Ведь именно за этим ко мне и приходили. Не за умными советами, а выговориться.

— Он так красиво ухаживал, Ди, — Марину всё-таки прорывает. Прислонившись головой к деревянной раме, она рассказывает про их знакомство в клубе. Как взрослый состоятельный мужик с легкостью вскружил голову неопытной девчонке. Девчонке, недополучившей отцовской любви и так отчаянно цепляющейся за первого встречного, кто готов ее предложить.

В моей практике было с десяток подобных случаев, когда клиентки, не имея примера здоровых отношений, считали, что любовь обязательно нужно заслужить или выстрадать. Одни соглашались на роли любовниц или терпели абьюзеров. Другие выбирали себе в партнеры мужчин гораздо старше.

— Что думаешь делать?

Вчера сестра отсиживалась в туалете, пока разъяренная жена ее любовника не прекратила скандалить. Кто-то из коллег вызвал охрану, и обманутую женщину вывели из офиса.

— Я думала ты мне скажешь? — потушив окурок об жестяную импровизированную пепельницу, Марина вскидывает на меня вопросительный взгляд.

— Для начала я бы уволилась. И оборвала с ним любые контакты.

Про то, что я вряд ли бы вообще попала в такую ситуацию, предусмотрительно молчу. Просто наблюдаю как сестра, размахивая руками, пытается выгнать из кухни просочившийся табачный дым и в сотый раз замечаю, насколько мы разные. Взять хотя бы то, что джинсовые шорты, которые надеты на Марине, я покупала для себя в последнюю поездку в Италию. Но уже дома поняла, что они, вместе с парочкой откровенных платьев, совершенно не вписываются в мой гардероб. Зато на Марине сидят идеально.

— Ты же знаешь, с моим незаконченным высшим не так легко найти нормальную работу.

— Я что-нибудь придумаю! — стараюсь звучать уверенно. — Узнаю, не требуется ли в «ИнтерСтрой» помощник в какой-нибудь отдел. А на первое время, вот.

Достав из кошелька несколько пятитысячных купюр, кладу на стол.

— И, пожалуйста, Мариш, завязывай с этим.

Я все-таки вытягиваю из Марины обещание прекратить общение с тем мужчиной.

Имени сестра не называет, но я как-то интуитивно понимаю, что он не простой смертный: политик или медийная личность. И мне бы очень не хотелось, чтобы Марина попала в скандальную мясорубку. Все эти сплетни забирают столько энергии и сил, что я до сих пор не могу «отмыться».

Пусть Сережа заверяет, что про меня давно не говорят, что сейчас все обсуждают Петросяна с его молодой женой, — мне от этого не легче.

Когда я подъезжаю к дому, за окном достаточно темно.

Опять пустился дождь, а дорогу в коттеджном поселке всё никак не доделают. Жильцов еще не так много, поэтому тянут.