Книга Верить ли словам?, страница 4 – Юлия Крымова

Просто, чтобы вы знали, таким людям не портят биографию. Портят жизнь других. Тех, кого не жалко.

Два месяца меня вызывали на допросы и запугивали. Два месяца я не выходила из дома без охраны мужа. Два месяца страха и растерянности.

Пока Сергей пытался отвадить от нас журналистов и привлекал лучших адвокатов, чтобы замять шумиху, я вздрагивала на каждый шорох, на каждый телефонный звонок.

Казалось, только ленивый не обсуждал происходящее и не спешил высказаться по этому поводу.

Кто-то в открытую плескались ядом. Кто-то шептался за спиной, стоя в очереди в магазине. Кто-то массово отписывался в соцсетях. Кто-то из коллег давал комментарии, не забыв припомнить какие-то наши старые разногласия. Кто-то перестал общаться, чтобы не попасть под раздачу. Кто-то, потому что верил написанному. Хотя… Еще чуть-чуть, я бы и сама поверила.

Всхлипываю, растирая рукавом солёные дорожки. Слезы душат. Перед глазами пелена, но крупную фигуру в темном, что выходит из стеклянного небоскреба, я все же различаю.

Марат. От его имени словно мороз по коже. Как и от взгляда. Не колючего. Нет. Просто он смотрел так, что хотелось исповедаться. Признаться разом во всех грехах. Даже тех, что раньше не совершала.

Если Сергей действительно планировал устроить меня работать в его спортивную школу, то боюсь, собеседование я завалила.

Плачу и смеюсь одновременно.

Размазываю по лицу тушь, наблюдая, как новый знакомый направляется к своей машине.

Ярко-желтый двухдверный Мерседес выглядит инородно среди черных тонированных внедорожников на парковке. В принципе, как и его хозяин в этом офисном центре.

Я уже и не вспомню, когда видела мужчину, одетого не в деловой костюм. В «ИнтерСтрой» даже охрана носит рубашки и брюки, а у Марата простая черная футболка и такого же цвета штаны с множеством карманов.

Наверное, поэтому я разглядываю нового знакомого, совершенно не замечая, что фигура становится все ближе. И вздрагиваю от настойчивого стука в окно. Марат смотрит на меня сквозь прозрачное стекло. Долго смотрит. Упрямо. Ждёт, пока я открою.

Господи, только зареванную он меня еще не видел. Для полного образа, да?

— Я буду ждать вас на экскурсию, Диана, — произносит, не обращая внимания как моё лицо медленно вытягивается.

Разве у человека, предплечья которого исчерчены темными вензелями татуировок может быть такой приятный голос? Мягкий, обволакивающий тембр, которым можно читать сказки. В который можно влюбиться. Только в один голос. И я бы точно это сделала, будь мне шестнадцать, а не тридцать.

— Не стоит тратить своё время, Марат. Мы оба понимаем, что я не буду у вас работать.

«Даже если мой муж поставил вам такое условие» добавляю мысленно. Поставил ведь? Иначе зачем ему стоять и гипнотизировать меня своими чёрными, как крепкий горький кофе, глазами?

Считая разговор оконченным, я демонстративно тянусь к дверной ручке. И тут же слышу вопрос, который окончательно меня расшатывает.

— Ты всегда принимаешь решения на эмоциях?

Эмоции. Разве в них есть что-то плохое? Разве не с каждого утюга кричат, что нужно давать им выход? Не подавлять в себе. Проживать.

Я учила этому своих клиентов. Помогала в них разобраться и распознать. А теперь применяю на практике свои же советы.

В машине на громкую играет рок и я, подпевая во все горло, бездумно качу по трассе. Еду куда глаза глядят. Куда-то за пределы города.