Книга Катастрофа размера XXL, страница 6 – Ольга Коротаева

И тут меня осенило. Мозг, спасённый от паники профессиональной выдержкой, выдал гениальное: «Они же все спереди! Тренер впереди, группа сзади неё! А я… я стою попой к лестнице, ведущей на мостик! Там сейчас никого нет! Никто. Не. Видел!»

Чувство облегчения было настолько мощным, что я едва не расплакалась.

«Слава богу! Слава богу, что я такая предусмотрительная и встала подальше!» — пела душа.

Мой позор был камерным, частным делом моих лосин и морского воздуха.

Я уже почти расслабилась, планируя, как мелкими шажками, не разгибая колен, отползу к ближайшему шезлонгу и накроюсь полотенцем на ближайшие сто лет. Но тут почувствовала его.

Это не был сквозняк. Это был взгляд. Тяжёлый, обжигающий и невероятно внимательный. Он буквально пригвоздил меня к палубе. Волна жара, от которой заложило уши, мгновенно сменила мой «ледяной обморок». Ощущение было настолько физическим, что я кожей чувствовала: смотрят точно в цель. В ту самую «биомеханическую пробоину», где моё вишнёвое кружево решило заявить о себе всему флоту.

Я медленно, с грацией подбитого крейсера, повернула голову, до последнего надеясь, что это галлюцинация от нехватки глюкозы.

На лестнице, ведущей на капитанский мостик, застыл мужчина.

Он был великолепен. Белый китель, сияющий белизной слёз ангелов, золотые нашивки, фуражка, сдвинутая чуть на лоб, и лицо, будто высеченное из цельного куска гранита. Помощник капитана. Сексуальный красавчик, фото которого красовалось на флаере марафона. Тот самый мужчина, которого я в этом самом вишнёвом комплекте собиралась соблазнить, чтобы доказать Вадиму, что престиж — это не размер, а харизма.

Он не смотрел на море. Он не смотрел на группу. Он смотрел точно в цель.

В ту самую дыру.

Мужчина стоял, чуть приподняв одну бровь, и созерцал масштаб моей катастрофы с видом энтомолога, обнаружившего особо редкий вид жука. В этот миг я была готова провалиться сквозь все пятнадцать палуб прямо к титановым обломкам на дне. Моя месть Вадиму, мой план «соблазнить красавчика в форме» — всё это превратилось в один сплошной вишнёвый позор.

Я выпрямилась. Пояс мгновенно впился в живот, напоминая, что я — официально главный неудачник этого круиза. Но внутри вдруг вскипела ярость. Профессиональная гордость и чисто женская вредность победили стыд.

И я… стянула с себя порванные лосины. Оставшись в топе и кружевных трусиках, помахала мужчине:

— Офицер, — широко улыбнулась ему, стараясь сохранить лицо, хотя оно, уверена, цветом не уступало моему белью. — Оцениваете масштаб повреждений или ждёте, когда я окончательно проломлю палубу?

Его взгляд медленно — невыносимо медленно! — поднялся от моих труселей к моим глазам. Уголок его рта едва заметно дёрнулся, а в невыносимо синих глазах промелькнуло что-то подозрительно похожее на усмешку.

— Я совершаю плановый обход судна, — голос у красавчика оказался низким, густым и каким-то особо… вибрирующим. — Так как отвечаю за обеспечение безопасности и навигацию судна…

Мужчина неторопливо спустился по лесенке и замер напротив меня. Я, делая вид, что гулять в одном белье — дело привычное, забросила порванные лосины на плечо и уточнила:

— Так вы здесь по делу?

— А вы, судя по вашим комментариям, здесь за главного врача?

— Я здесь за того, кто не даст этим женщинам стать инвалидами до конца круиза, — я скрестила руки на груди. (Зря, это подчеркнуло мой выдающийся бюст, который в спортивном топе выглядел как две боеголовки, готовые к пуску). — Полина. Физиотерапевт.