Книга Брак по расчету. Наследник для Айсберга, страница 69 – Лена Харт

— О, Боже, Кир! — она роняет голову мне на плечо, и её тело начинает содрогаться в оргазме. То, как она пропитывает меня своей влагой, то, как её мышцы сжимаются вокруг моего члена — это слишком, это ломает последние остатки моего самоконтроля.

Сжимаю её бёдра, удерживая на месте, пока сам изливаюсь в неё. Моя грудь тяжело вздымается в попытке восстановить дыхание. Я хочу брать эту женщину снова и снова, пока она не будет желать меня так же отчаянно, как я её.

Она прижимается лбом к моему, её руки обвивают мою шею, и мы дышим в унисон, как единое целое.

— Это было… невероятно! — выдыхает она.

Провожу пальцами по её спине, и по её телу пробегает дрожь. Прижимая её податливое тело к себе, касаюсь губами нежной кожи на шее. Мой член всё ещё пульсирует внутри неё.

— Это ты невероятная, малышка. Я одержим тобой. Когда тебя нет рядом, я думаю лишь о том, как снова тобой овладеть. Вспоминаю, что уже делал. И представляю, что сделаю в следующий раз.

Слова срываются с моих губ сами собой, я не думаю о том, что они могут значить для нас. Потому что ей нужно знать: что бы ни случилось, я всегда буду рядом.

— Мне нравится быть твоей одержимостью, Айс. И я рада, что это я зажигаю в тебе огонь.

Целую её и, обхватив за талию, крепко прижимаю к себе. Почти всю оставшуюся дорогу я так и не выпускаю её из своих объятий. Именно такой — обнажённой в моих руках — я люблю её больше всего.

Алина

Кирилл застает меня в ванной, как раз когда выхожу из душа. От неожиданности вздрагиваю и судорожно хватаюсь за полотенце, торопливо оборачиваясь в него.

— Я думала, ты будешь поздно.

Он прислоняется к косяку, скрестив руки на груди. От его усмешки и взгляда по телу бегут мурашки. Блин, да я готова наброситься на него прямо здесь.

— Ты мне не рада, corazón?

Закатываю глаза, но все равно подхожу ближе.

— Всегда рада, мой повелитель. Просто ужин я еще даже не начинала готовить.

Он заправляет мокрую прядь мне за ухо.

— Встречи закончились раньше, — объясняет он. — Напомни в понедельник уволить того, кто додумался назначить совещание на субботу.

Прижимаюсь к нему, и тело мгновенно отзывается на его жар.

С нашей свадьбы прошло три с половиной месяца, и наши совместные выходные стали для меня лучшей частью недели.

— Могу и я это сделать.

— Может, сходим куда-нибудь? Я знаю один потрясающий испанский ресторанчик.

Живот предательски урчит, и я с трудом сдерживаю смешок.

— Звучит замечательно.

Он согласно мычит и отстраняется.

— Я быстро в душ. Будет идеально, если ты оденешься к тому времени, как я выйду.

Картинно возмущаюсь.

— Намекаешь, что я слишком долго собираюсь?

— Нет, — рычит он, шлепнув меня по заднице. — Просто твое голое тело слишком отвлекает. А я все-таки хочу накормить тебя ужином.

Мое лицо горит, прикусываю губу.

— Ладно, я оденусь. Но мне понадобится минут двадцать, чтобы высушить эту гриву, — встряхиваю волосами.

Он снова целует меня и подмигивает.

— Главное, чтобы это соблазнительное тело было чем-нибудь прикрыто, и тогда я, может быть, смогу держать себя в руках.

Он идет в душ и на ходу стаскивает рубашку. Пару секунд я пялюсь на его мускулистую спину, а потом силой заставляю себя выйти. Еще немного, и я присоединюсь к нему в душе, а тогда прощай, ужин.

— Какое красивое место, Кир, — говорю, когда он помогает мне снять пальто. Это закрытое заведение, но его интерьер напоминает испанский сад, где нежные переливы фламенко сплетались с тихим пением птиц.