Книга Брак по расчету. Наследник для Айсберга, страница 48 – Лена Харт

— Тимур! — шипит на него Алина.

— А что? Он должен знать, как звучат твои стоны. Если только… — он картинно ахает. — Если только ты не симулируешь!

Алина хватает с дивана подушку и лупит его по голове.

— Я не симулирую! А ну прекрати!

Смеясь, он уворачивается от второго удара.

— Тогда почему он не отличает твои стоны от массажа и от оргазма? Неужели вы двое даже не… — его рот захлопывается. Он с широко раскрытыми глазами переводит взгляд с меня на Алину. — Ой!

Она закрывает глаза и вздыхает, потом смотрит на меня и качает головой.

— Прости. Он видит меня насквозь.

Тимур усмехается и хватает со стола коробку из-под пиццы.

— Пожалуй, я оставлю молодоженов наедине, чтобы вы познакомились поближе.

Она закатывает глаза.

— Можешь не уходить.

Он улыбается, зажимая коробку под мышкой.

— Очевидно, могу. Потому что в этой комнате просто зашкаливает от сексуального напряжения, — последнюю фразу он шепчет ей на ухо, будто это великая тайна.

Проходя мимо, он снова протягивает мне руку.

— Рад знакомству, приятель.

Наконец осознав, что ситуация, хоть и выглядела дико, на самом деле совершенно невинна, пожимаю ему руку.

— Позвоню завтра, Утка, — кричит он уже от двери.

Удивленно вскидываю бровь, глядя на Алину.

— Утка?

Она скрещивает руки на груди. В глазах пляшут озорные искорки.

— Твоя жена?

— Ты моя жена, — напоминаю я.

Она пожимает плечами, хватает со столика два пустых стакана и несет их на кухню. Подбираю пустую коробку из-под пиццы и иду следом, чтобы выбросить ее.

Она прислоняется к столешнице, наблюдая за мной.

— А ты, оказывается, жуткий ревнивец, Айс.

Сокращаю расстояние между нами. Она откидывает голову, бросая мне вызов.

— Ну да, я вернулся раньше и застал тебя стонущей «да, прямо здесь» какому-то парню. Что, блин, я должен был подумать?

Она скрещивает руки на груди.

— Я не изменяю.

— Возможно, если бы я знал, как ты стонешь во время секса, я бы сразу все понял.

— Не злись, — улыбается она. — Очень немногие мужчины слышали мои настоящие стоны.

От мысли о ней с другим мне хочется разнести тут все к чертям, но я подавляю эту неожиданную волну ревности. Мне слишком нравится с ней играть.

— Потому что немногие соглашались с тобой переспать или потому что никто не смог довести тебя до оргазма?

С ее губ срывается смешок, но она тут же напускает на себя оскорбленный вид.

— Это было низко, господин Князев.

— Я могу и ниже.

Она закусывает нижнюю губу, ее взгляд блуждает по моему лицу.

— Не сомневаюсь.

Наклоняюсь и шепчу ей на ухо:

— И я гарантирую, что заставлю тебя стонать по-настоящему.

Она задерживает дыхание, а потом мурлычет:

— Гарантируешь? Очень смелое заявление.

— Стопроцентный результат или я верну деньги.

Она снова смеется.

Этот звук бьет прямо в пах, заставляя член дернуться в брюках. Боже, как же я ее хочу.

— Звучит интригующе, но… — она склоняет голову набок и хлопает ресницами.

— Но что, Огонек?

Провожу кончиками пальцев по ее ключице, вверх, по изящной линии шеи. С трудом сдерживаю довольную ухмылку, когда она вздрагивает от моего прикосновения. У меня слюнки текут от желания попробовать ее на вкус. Прикоснуться, ощутить, заявить свои права.

Ее дыхание становится прерывистым, но она молчит.

— И как еще ты докажешь, что на диване с Тимуром не было ничего предосудительного? Во избежание дальнейших недоразумений, думаю, мне нужно точно знать, какие звуки ты издаешь, когда кончаешь.