Книга После развода. Колкие грани счастья, страница 2 – Лана Полякова

Вадим ушёл из дома в тот же вечер, когда объявил о своем решении, и мы встретились в следующий раз только в зале заседания суда.

Я смотрела на своего мужа, застыв в собственном горе, и никак не могла понять, что он говорит? Как так вообще можно? Просто сказать «ты мне надоела» и разорвать, растоптать нашу семью? Разбить моё сердце, как ненужную и старую игрушку. Я вообще не слышала ничего вокруг.

Только нечеловеческие, светлые глаза стояли перед моим взором, выжигая в груди дыру размером с футбольный мяч.

После суда Вадим, глядя на меня своими неподвижными и холодными глазами, сказал, презрительно кривя губы, словно выплюнул:

— Какая ты жалкая, Машка.

И, развернувшись, ушёл.

Я с тех пор его не видела.

Знаю, что он созванивается с Максимом – нашим четырнадцатилетним сыном. Знаю, что по субботам Макс с отцом встречается. Сначала каждую неделю, а последнее время через раз. Максим обижается, злится, но что я могу сделать?

При разводе у меня на карточке остались деньги. Но они тратились очень быстро. Раньше Вадим перечислял на ведение хозяйства определённую сумму. Естественно, вот уже полгода я не получила от него ни копейки и мне приходится выворачиваться наизнанку, чтобы оплачивать дополнительные занятия Макса.

Работу я начала искать почти сразу. И чем быстрее таяли наши деньги, тем меньше требований я предъявляла к работодателям. Поэтому чистая должность помощника для меня была практически подарком!

И теперь такой конфуз!

Что же делать? Как повести себя, чтобы не потерять работу?

Пока я, застывшим кроликом хлопала глазами, Андрей Александрович ловко перевернулся набок и, отпустив меня, аккуратно встал на ноги. Затем помог мне подняться. Ну как помог? Практически сам, ухватив за талию, приподнял меня и поставил рядом с собой, придерживая.

Я пошатнулась.

За это время у лифта послышались голоса. Затем со скрежетом двери разжали какие-то люди в форме. И генеральный директор предприятия вынес меня на руках из искорёженного, вонючего и задымлённого лифта.

Я глотнула свежего воздуха и застонала. Так закружилась голова!

Андрей Александрович, прижав меня к себе ещё плотнее, крикнул, отвернувшись в сторону:

— Где врач?

— Как вас зовут, и кем вы работаете? – спросил он меня, осторожно и нежно усаживая на стул.

— Помощница второго секретаря, — пролепетала, стараясь не сильно пялиться на красиво очерченные губы директора.

— У моего секретаря есть помощница? – хмыкнул Андрей Александрович и добавил, — это неважно. Скажите мне имя. Как к вам обращаться?

— Маша, – прошептала я и исправилась, — Мария Вячеславовна. Ахромцева.

— Вот что, Мария Вячеславовна. Сейчас поезжайте домой после обследования врачей. А завтра я жду вас, скажем, часикам к двенадцати у себя в кабинете, – кашлянув, проговорил генеральный директор своими соблазнительными губами и, подмигнув мне синим глазом, добавил весело, — Договорились?

Я моргнула недоумённо.

А затем кивнула поспешно, борясь с обычной для меня манерой впадать в ступор при любых перипетиях судьбы.

Андрей Александрович взял мои безвольные ладони в свои руки, пожал их с нежностью и лёгким движением поднялся с колен.

Мамочки! Он ещё и на коленях стоял передо мной на глазах всего честного народа!

Пока ко мне подошла женщина в форме скорой помощи, я уже продышалась и чувствовала себя значительно лучше. Во всяком случае, меня не тошнило, и голова больше не кружилась.