Книга Лекарство от предательства, страница 47 – Рина Фиори

Это что же получается, останься я ждать машину дольше, стала бы оправдываться? Возможно.

Да я и сейчас, сидя в такси, мысленно объясняюсь с Кириллом. И как так получилось, что за несчастные пару недель его мнение стало для меня таким важным?

— Алиска, – сквозь туманную дымку звучит чей-то голос. – Алиска!

Громкий окрик заставляет вздрогнуть. Медленно отрываю голову от стола. Я что уснула?

Екатерина Сергеевна снимает куртку, убирает её в шкаф.

— Ты после суток что ли? – она расправляет складки форменной рубашки, поправляет причёску.

— А… наверное, – устало потираю глаза, тщетно пытаясь вспомнить, какой сегодня день.

— Ну, ты, мать, даёшь! Пересменка была полчаса назад, почему домой не ушла?

— Н-не знаю, – пожимаю плечами.

Покачиваясь, поднимаюсь со стула.

Вот это меня рубануло, с трудом поняла, где вообще нахожусь.

— Что, ночка весёлая была? – интересуется коллега, щёлкая кнопкой электрического чайника. – Ты тоже додумалась, после ночи в день оставаться.

Вяло плетусь за ширму, чтобы переодеться в обычную одежду. На вопрос Екатерины Сергеевны не отвечаю, только киваю молча. На большее у меня просто нет сил.

— Слышала, две аварии было, – заваривает себе кофе. Достаёт из шкафа ещё одну чашку. – Будешь?

Опять киваю. Кофе мне нужен, без него, боюсь, даже домой добраться не смогу.

— Да, – после пары глотков живительного бодрящего напитка нахожу в себе силы разговаривать. – Ещё несколько бабулек с давлением, я со счёту сбилась, то ли три их было, то ли пять вызовов.

Старшая морщится. Вынимает из упаковки, которую только что сама принесла, вафлю и громко её откусывает.

— Я тебе, Алисочка, что говорила?

— Что? – мне сейчас лучше вообще никакие вопросы не задавать. У меня мозг ещё не до конца проснулся.

— Какой главный девиз «скорой»? – прищуривается.

Отворачиваюсь, словно меня пытаются накормить лимоном. Мне не нравятся все эти девизы, и прочая философия бывалых работников.

— Ну? – женщина настойчиво тычет в меня пальцем.

— «Чем позже приедешь, тем точнее диагноз», – отвечаю монотонно.

Я в корне с этим так называемым девизом не согласна, и считаю его бесчеловечным.

Но Екатерина Сергеевна утверждает, что всё дело в моей неопытности. Говорит, со временем я буду проще смотреть на вещи.

И на смерть пациентов в том числе…

Надеюсь, такое время никогда не наступит.

Допиваю кофе, мою за собой чашку и убираю её на место.

— Я пойду, – прощаюсь с коллегой.

Забираю из шкафа верхнюю одежду, одеваюсь и выхожу через специальный выход на улицу.

Ёжусь от холодного ветра. В наших краях весна хоть и ранняя, всё же вечерами ещё по-зимнему зябко.

Зато сон как рукой сняло, можно было даже кофе не пить.

Сон… Пытаюсь вспомнить, что мне там снилось, и щёки тут же начинают полыхать от стыда.

Хорошо, что вокруг – ни души. Никто не увидит, как я краснею.

Снился мне Кирилл Александрович. Даже во сне он продолжал отчитывать меня за тот поцелуй возле клуба. Отчитывал и целовал, отчитывал и целовал…

Сплошное наваждение.

Я целый год встречалась с парнем, замуж за него собиралась. Когда же он предал меня, быстро пришла в себя.

А с этим Бариновым я чувствую себя какой-то зомби. Готова бесконечно оправдываться перед ним, лишь бы не орал на меня.

Да уж… Как-то это неправильно.

Запоздало вспоминаю, что после смены должна была позвонить папе. Сегодня у него короткий день, и он обещал меня встретить после работы.