Книга Лекарство от предательства, страница 45 – Рина Фиори

Каким-то неведомым образом я врезаюсь в его губы своими. Обжигаясь, пытаюсь отпрянуть.

— Мы. Поговорим, – игнорирует случайное касание.

Главное, чтобы потом не сказал, что это я опять его поцеловала.

— Нет! – кричу. – Чтобы я ещё хоть раз! – намекаю на то, что даже близко целовать его не собираюсь.

— Да! – свободной рукой хватает меня за затылок и притягивает к себе.

Между нашими лицами пару сантиметров. Между губами и того меньше.

Воспринимаю этот жест, как угрозу. Обмякаю в крепких руках.

Только не целуй, только не целуй.

Отпускает, позволяя отпрянуть.

В груди горит, тело потряхивает. Но не от страха, нет. Это что-то другое, только я пока не понимаю, что.

— Я слушаю! – бросает великодушно.

Барин он и в Африке Барин.

В очередной раз пытаюсь дёрнуть ручку двери – бесполезно.

Машина трогается с места.

— Я не собираюсь отчитываться, вы мне никто, – бубню обиженно.

И в самом деле, с какой стати я должна всё ему объяснять?

— Да ты что? – руль сжимает крепко. – А что же ты к этому «никто» – в рот полезла тогда?

— Ну, простите, – повышаю голос, развожу руками, – что на вашу честь посягнула.

— Чего? – рычит.

Зверюга. Здоровый, дикий, злой.

Сейчас проглотит меня, и косточек не оставит.

Может, проще признаться, что в моём действии не было ничего личного, и я просто мстила бывшему?

— Алиса, – Баринов шумно выдыхает. – Ты же не маленькая девочка, хоть и глупая.

— М? – поворачиваюсь, чтобы заглянуть в глаза этого хама.

— И я дяденька взрослый, мог не правильно понять тебя, – цедит слова, будто малолетке простые истины разжёвывает. – Что и произошло, собственно.

Ну, да. В том, что он меня к себе домой повёз несколько дней назад и недвусмысленные намёки делал, моя вина тоже есть.

Но я не пойму, почему Баринов так оскорбился.

— Вот скажи, как тебе теперь в глаза своему жениху смотреть, нормально? – продолжает меня отчитывать.

— Да вы! – вспыхиваю от мерзкого выпада. – Да я… да какое ваше дело? Остановите машину!

— Вот ещё!

Понятно. Да я и не ждала, что он остановит тачку. Упёртый, как баран.

Искоса поглядываю на мужчину. В салоне темно, но на улице вдоль дороги горят фонари, и их свет иногда озаряет лицо Кирилла. Такое суровое, по-мужски красивое, задумчивое…

И всё же, почему он так злится?

— Невоспитанный!

— Ну-ну, а ты, значит, воспитанная?

— А это вас не касается, можете вообще со мной не общаться!

— Могу. Наверно, – сомневается. – Но ты так и не ответила, какого это, рога наставлять и продолжать мило улыбаться?

Вот достал.

— Я никому рога не наставляла, – роняю обиженно.

Не знает ситуации, но вмешивается так, будто это его напрямую касается.

Дотошный, невозможно просто.

— Мы расстались, – признаюсь неохотно.

Глупо, конечно, но я уже втянула постороннего человека в наши с Андреем разборки. Выйти красиво из ситуации вряд ли получится. Нужно хотя бы просто выйти.

— Что ты говоришь? – издевается.

Уверена, что слышит меня прекрасно. Но намеренно хочет унизить.

— Мы с женихом расстались! – повышаю голос.

К горлу подкатывает ком. Но я не пойму в чём причина подступивших слёз. Сорванная свадьба или необходимость оправдываться перед Бариновым. С первым я, кажется, уже смирилась. А второе…

— Неудивительно, – качает головой. – Я бы с тобой тоже расстался.

— Что? – роняю оторопело. – Что вы сказали?