Книга Это спецназ, детка, страница 115 – Юлианна Орлова

Вообще не понимал, что делать, только знал, что надо идти к Маше и говорить. Архангел меня даже с работы отпустил, потому что я не в адеквате был, невменяшка.

—Соберись, тряпка, и иди решай вопрос. В таком состоянии я тебя на службу не пущу. Пока личное не закроешь, свободен. На работу выходишь десятого января, отпуск оплачиваемый. Жду приглашения на свадьбу. И пиздец, я буду брать на работу только женатых! Меня ваши любовные дела задолбали уже!

И я пошел решать, не потому что мне сказали, а потому что иначе вообще не представлял, как существовать.

Нина мозг вынесла с особым усердием, сказав, что теперь у нее есть сестра, а брата нет. И чтобы я это исправлял как могу. Что Маша найдет себе адекватного мужика и будет счастлива без этих качелей.

Меня буквально плитой придавило. А если реально найдет, а если вообще не захочет со мной дел иметь? Я же не могу ее заставить. Это не тот случай, что насильно мил. Нет, я могу…но это не то, ведь я хочу ее отклика.

Такая паника родилась внутри, что я как в жопу ужаленный был постоянно. Маша как назло ни в какую не хотела со мной говорить, хоть я уже все ей на подносе принес, как пес преданный в ногах сидел и ждал, пока она соизволит меня по голове потрепать.

Нет и все.

Разнос бывшей устроил, сказал, что просто уничтожу ее, если она еще раз попытается влезть в мою жизнь. Та и не рада была, что вообще со мной связалась когда-то.

—Ясно, тебя все же приложило, да? Ну что ж, каждого прикладывает рано или поздно, — бросила мне напоследок, укатив в туман.

Нина подключилась, предки наяривать начали. Я всех скидывал, не хотел вообще говорить, только сидел как дебил у неепод дверью и пиздел, чтобы слушала меня, чтобы знала, что я вообще не сдаюсь.

Никогда не пасую ни перед какими трудностями, и она не станет вообще для меня трудностью, потому что мое. И все, а остальные могут только обломиться!

День за год. Да за два. Я точно постарел.

Потому что я хоть и дурак, но все понял, и теперь не собираюсь больше тупить.

Первым делом пошел в магазин и купил кольца в трех размерах, потому что я не знаю, какой у моей женщины размер. Вот теперь у меня в кармане три бархатные коробки, а внутри дыра, которая вообще не заживается и не заживет, если она меня не примет обратно.

То есть я официально боюсь, что она мне скажет “нет”. И что ничего не поможет. Самым большим счастьем будет, если она станет одной фамилией со мной. И тогда я выдохну, но не надолго. Пусть родит мне. И успокоюсь. Наверное?

Этот испуг придется выкатывать яйцами у бабки.

Парней знакомых из охранной службы к Маше приставил, ведь она характер показывала и сбегала в магазины в часы моей отлучки! Реально сердце резало без ножа.

Я бы и сорвался к ней в очередной ее вечерний загул, если бы батя не пришел ко мне по душам поговорить. Без приглашения заявился и был таков, с бутылкой коньяка три часа дня.

Окинул меня печальным взглядом, видимо, я и правда смотрелся не але.

—Ну здравствуй, сын, — хмыкнул и зашел в квартиру, в которой не было ни единого чистого места. Я все разнес в пух и прав, даже подушка разорвана, а перья наружу.

Как мои, сука, нервы.

Батя ничего не сказал, хотя он всегда топил за чистоту и опрятность, молча сел за стол, достал две рюмашки, налил соточку себе и мне, а потом поднял на меня серьезный взгляд, не предвещающий ничего хорошего.