Книга После брака. Ненужная бывшая жена, страница 53 – Анна Томченко

Разумовский почесал мизинцем левую бровь и качнул головой: не нравилось ему то, как я с ним нехотя разговаривала, не нравилось ему то, что из меня надо было вытягивать слова чуть ли не клещами. Но как-то пока у меня не выходило иначе, как-то я ещё не могла переключиться между первым, вторым и третьим.

— В любом случае, мы планируем в дальнейшем объединиться с соседним посёлком, сделать такой, знаете, город в городе.

— Да, неплохой вариант, — вяло поддакнула я, только чтобы не казаться хамкой.

— А если у нас ещё получится получить разрешение к выезду до федеральной трассы, то здесь вообще станет золотое место.

Я навострила ушки: проблема всех посёлков была в основном в том, что даже если и был выезд к федеральной трассе, то только односторонний. Место же, которое могло получить свой отрезок поворота, было в изначально большей цене.

— А разве здесь планируется выход на федеральную трассу? Мы же через соседний посёлок проезжаем.

— Планируется. — Разумовский засунул руки в карманы брюк и качнулся с пятки на носок, ещё раз оглядывая каким-то очень восторженным взглядом пустошь. — Также планируется не только выход на федеральную трассу. Но и еще мы хотим присоединиться к крайнему району города, и, соответственно, это место уже не будет считаться ни посёлком, ни деревушкой, ни чем-то таким. Все это будет городом.

Я понятливо качнула головой. Да, это действительно было интересно.

— Ну что, не соблазнил?

— На что? — недоверчиво уставилась я на Разумовского и вскинула брови.

— Как это на что? На торговой площади.

— Ах, бросьте, — махнула я рукой. — Когда это будет? Я к этому времени уже планирую отойти от дел. Я к этому времени планирую уже ничем не заниматься, а сидеть, вязать носки детям.

Разумовский усмехнулся.

— Мне кажется, вы немного недооцениваете скорость, с которой сейчас все решается.

— Возможно, но если честно, мне и то, что у меня сейчас есть очень сильно в нагрузку, я бы давным давно засела с внучкой и занималась её воспитанием. Таскала бы её по кружкам. И учила печь самое лучшее печенье.

Разумовский хохотнул, а я, переведя на него взгляд, вдруг заинтересованно уточнила:

— А вы?

— Я, конечно, печенье печь не умею, — Антон Викторович посмотрел на меня лукаво, — но могу сказать, что мне рано на покой.

— А у вас есть дети? — Полезла совсем в личное я.

— Да, у меня есть дети, правда, не такие взрослые, как у вас. У меня поздний брак.

Разумовский сразу как-то подсобрался, словно бы не хотел говорить о детях и о своей семье, а я вдруг порылась в воспоминаниях и поняла, что в принципе ничего не знаю про него: в разводе он, в браке, вдовец или как-то там. Подозревала, кумушки этого посёлка просто не желали уточнять таких подробностей.

— А сколько им?

— Старшей пятнадцать, младшему одиннадцать, они сейчас живут в Сочи с моей бывшей женой.

Я кивнула.

Жена бывшая.

— А разводились вы…

— Да, разводились мы, потому что я постоянно на работе, она постоянно с детьми улетала по полгода жить на море, то в Испанию, то ещё куда-нибудь. А какая это семья? Я ни детей не вижу, ничего. Только один штамп в паспорте и остаётся.

Я вздохнула.

— Год пожили так, второй пожили, потом собрались да подали заявление на развод. Ей-то какая разница? Я же детей не бросал, как продолжал содержать, так и содержу. Она-то ничего не потеряла. По факту я ничего не потерял, как виделся с детьми раз в полгода, так и вижусь до сих пор.