Книга Дорогая первая жена, страница 45 – Даша Черничная

Снова вздыхаю.

— Пара часов, и мы уедем. Не переживай, у меня адекватные родители, никаких сюрпризов не будет. Просто дань уважения.

Спустя два месяца после свадьбы. Ха.

Не поздновато ли?

Дом у родителей Идара именно такой, каким я его себе представляла.

Два этажа и мансарда. Эркеры, широкие окна, колонны.

Сад с туями, фонтанчиком и дорожками, которые подсвечиваются в темноте.

— Идем, — Идар тянет меня за локоть за собой и, не дожидаясь, когда хозяева выйдут на порог, заходит в дом.

Внутри пахнет печеным мясом, обстановка очень уютная.

— Идар! — в коридор выбегает Лейла и бежит в нашу сторону.

Идар подхватывает ее на руки и кружит.

Картина умиляет, я невольно улыбаюсь.

— А я уже выздоровела, и бабушка сказала, что скоро я могу вернуться к вам с Надей.

Девочка приветливо улыбается мне.

— Ты же не будешь против, Надь? — спрашивает у меня, немного растерявшись.

— Конечно нет, — широко улыбаюсь ей.

Не то чтобы в этом доме у меня было право голоса, но в любом случае племянница у Идара очень хорошая, и я буду ей рада.

На шум выходит отец Идара, осматривает нас всех по очереди.

Я видела его на свадьбе. Он сказал мне скупые слова поздравления и вернулся к мужской части гостей. Я удостоилась его кивка и киваю в ответ.

— Идар, Надия, проходите. А ты, — неожиданно тепло подмигивает Лейле, — иди к себе. Доктор прописал постельный режим.

— Ну деда! — Лялька надувает губы, но покорно идет наверх.

В столовой стол накрыт человек на десять, не меньше. Матери Идара нигде не видно.

— Мы будем не вчетвером? — спрашиваю Идара.

— Других гостей мы не ждем, — отвечает вместо Юнусова его отец. — Садитесь. Римма сейчас подойдет.

Едва мы занимаем свои места, в столовую входит мать Идара с блюдом, на котором лежит сочное ароматное мясо.

— Здравствуй, сынок, — Римма тянется к Идару и обнимает его с теплотой.

В груди становится больно от чужих материнский объятий, свидетелем которых я страла.

Наверное, я никогда не перестану болезненно реагировать на это. Отсутствие материнского тепла, увы, дает о себе знать.

Идар возвращается на свое место, а Римма переводит взгляд на меня.

— Добрый вечер, Надия. — Сухо, холодно.

— Здравствуйте, — невольно выпрямляю спину и расправляю плечи.

— Приступим, — отец Идара хлопает в ладоши, и мы начинаем ужин.

С гадким чувством ненужности я понимаю, что все вопросы задаются только Идару.

Как работа, как дом. Даже спросили про Зевса.

Кусок не жуется и не глотается, вставая поперек горла. Мне горько и больно, я снова чувствую себя маленькой и никому не нужной, брошенной в огромной толпе девочкой.

— Лейла сказала, что хочет вернуться к нам в дом, — Идар пытается сместить фокус внимания.

— Мне не нравится эта идея, — мать Идара суровеет.

— Брось, мама. Ей там будет весело. Она сдружилась с братом Нади. — Теплая рука ложится на мою, и я фокусируюсь на этом жесте, понимая, почему мой муж так сделал: я настолько сильно сжимала вилку, что у меня побелели пальцы.

— Разве это безопасно — оставлять девятилетнюю девочку со взрослым парнем? Мало ли что, — уже тише добавляет Римма.

— Перестань, мам, — легко произносит Идар, но я чувствую, что эта легкость напускная. — Назар хороший пацан. Добрый, веселый и умный. И Ляльке нравится проводить с ним время. Они что-то конструируют и рисуют на планшете. Назар очень красиво рисует, кстати.