Книга Истинная игрушка для Альф, страница 18 – Tommy Glub

Она послушно поворачивается и идет к стене. Останавливается возле нее, принимает позу — руки сложены перед собой, голова склонена, спина прямая.

Идеальная кукла.

Я отворачиваюсь и начинаю расстегивать церемониальный китель. Ткань тяжелая, плотная, и после нескольких часов церемонии хочется снять ее, дышать свободно. Дэйер делает то же самое — стягивает плащ, вешает на спинку дивана, расстегивает воротник.

Мы не говорим. Просто переодеваемся, возвращаемся к привычному — простые темные рубашки, удобные брюки. Никаких излишеств.

Наконец Дэйер опускается на диван, откидывается назад, закрывает глаза.

— Устал, — говорит он.

— Я тоже.

Но я не сажусь. Хожу по комнате, не в силах успокоиться. Мысли роятся, не дают покоя.

Трон — наш. Это свершилось.

Элиза. Нужно еще решить вопрос с Элизой.

Я останавливаюсь у окна, смотрю на город внизу. Огни, тысячи огней. Все эти люди — теперь мои подданные. Моя ответственность.

— Она будет проблемой, — говорю я вслух.

Дэйер открывает один глаз.

— Элиза?

— Да.

Он вздыхает.

— Я знаю.

Элиза. Высокородная, амбициозная, красивая. Мы встречались с ней годами — не потому, что испытывали к ней что-то, а потому, что так было удобно. Ее семья влиятельна, связи широки, и союз с ней казался логичным. Мы никогда не обещали ей трон. Никогда не говорили, что она станет нашей супругой.

Но она верила. Сама себе внушила, что мы поделимся властью.

И теперь, когда мы привели другую она будет в ярости.

Я видел ее лицо сегодня, в толпе. Видел, как она смотрела на биоробота. Ненависть. Чистая, неприкрытая ненависть.

Элиза не из тех, кто прощает.

— Нужно усилить охрану, — говорю я. — Она попытается что-то сделать.

Дэйер кивает.

— Я распоряжусь.

Тишина.

Я оборачиваюсь, снова смотрю на нее — на биоробота. Она все еще стоит у стены, неподвижная, терпеливая. Свет из окна падает на ее волосы, и они кажутся почти серебряными.

Красивая.

Слишком красивая.

Создатели постарались. Каждая черта выверена, каждая линия совершенна. Лицо, которое можно разглядывать часами. Тело, которое…

Я обрываю мысль.

Не сейчас.

Дэйер встает, подходит ко мне.

— Что будем делать с ней? — спрашивает он тихо.

Я понимаю, что он имеет в виду. Официально она — наша супруга. Наша Истинная. Народ ожидает, что мы проведем с ней ночь. Закрепим связь.

Но она — кукла. Пустая оболочка. Это даже и близко не вызывает того желания, от которого бы настоящая ночь с истинной стала бы одной из самых лучших ночей.

Я смотрю на Дэйера, и он смотрит на меня, и мы оба знаем ответ.

— Ничего, — говорю я. — Мы не обязаны уже как несколько часов исполнять абсолютно все, что должны были ранее.

Он кивает.

Мы поворачиваемся к дивану, и я собираюсь сесть, когда слышу звук.

Тихий. Едва различимый.

Шорох ткани.

Я оборачиваюсь.

Она не пошевелилась. Стоит в той же позе.

Но мне показалось… нет. Точно показалось.

Я качаю головой, прогоняя наваждение, и опускаюсь на диван. Дэйер садится рядом, и мы молчим, глядя в окно.

— Найт, — говорит он через некоторое время. — Что это? Что мы оба почувствовали? Несмотря на то, что все было очень даже правдоподобно, это не должно быть так… По настоящему.

Я сжимаю челюсти.

Признать это — значит признать, что проект дал сбой. Что что-то пошло не так. А я не могу себе этого позволить. Не сейчас, когда все только начинается.