Книга Топоры гномов IV. Пылающий север, страница 149 – Вячеслав Ипатов

— С этим вам будет удобнее сражаться, леди, — спокойно произнес эльф.

Айлин тут же ухватилась за рукоять, Шагнула навстречу эльфу, с трудом удерживая оружие. А затем остановилась. Вместе с жаждой мести ей овладело сомнение. Возникли мысли о последствиях. О том, что случится, если она проиграет и даже наоборот, каким-то чудом победит. О том, что будет с жителями Гнесина.

— Почему? — тихо проговорила девушка.

— О чем вы спрашиваете?

— Почему ты пришел сюда? Почему признался в убийстве? Зачем даешь этот меч? Что ты хочешь?

Тельдрен вновь улыбнулся, но на сей раз на его лица проступила печаль.

— Тан Далин привык каждому давать шанс на спасение. Он предлагал вашему отцу остановиться. Прекратить мятеж. И теперь желает дать выбор вам.

— Выбор?

— Вы можете попытаться меня убить, можете позвать прихожан и расправиться со мной совместно. Можете уйти прочь. В этом случае я дам вам лошадь и припасы в дорогу. Вам даже позволено остаться…

— Дочери предателя, остаться настоятельницей церкви?! — Айлин сама удивилась, сколько сарказма было в ее голосе.

— При условии, что вы не станете призывать к восстанию… да, — подтвердил Тельдрен.

Айлин безумно хотелось наброситься на эльфа с мечом, но… разве у нее были хоть какие-то шансы? Даже безоружный, Тельдрен легко мог ее убить и никакая магия Света этому помешать была не способна. Прихожане же… Девушка не могла вмешивать их в это дело, не имела права. Ведь это была ее боль, из-за которой не стоило умирать жителям Гнесина. А значит ей оставалось либо бежать, либо покориться. Эта альтернатива не прозвучала, но являлась невероятно отчетливой.

Айлин вновь вспомнила отца, брата, вспомнила пору счастливого детства. Родные края. А затем неожиданно в ее разуме проступили слова обета, сказанного при посвящении в аколиты. Тогда она отреклась от своего прошлого.

— Я хочу остаться, — проговорила девушка.

— Да будет так, — ответил Тельдрен и повернулся к ней спиной. Несмотря на острое желание, Айлин так и не пустила в ход меч. Уже на пороге эльф остановился и, не оборачиваясь, произнес:

— Тело вашего отца доставят через неделю. Вы сможете его похоронить.

Тельдрен так и не увидел, как обессиленная девушка упала на колени и горько зарыдала. Он в этот момент оказался погружен в свои мысли. Быстро накинув капюшон на голову, эльф дал сигнал дриаде снять звуконепроницаемый купол с церкви, а затем быстро направился к выходу из деревни.

Будь воля Тельдрена, и он бы устранил дочь предателя, а затем спрятал труп так, чтобы его никто и никогда не смог отыскать. Однако приказ Далина был однозначен. Гном решил пойти на риск и оставить в живых затаившую на него зло девушку. Глупое милосердие, способное обернуться тяжелыми последствиями. И все же в глубине души Тельдрен одобрял это решение. Пусть на совести эльфа за долгую жизнь было немало смертей невинных, ему вовсе не хотелось обрывать и эту жизнь.

Глотка мира, тан Кронир.

Генералу не спалось. Опытный военачальник понимал необходимость отдыха, но на сей раз тревога не давала ему сомкнуть глаз. Всему виной являлся артефакт, о существовании которого знали лишь единицы из более чем тысячи солдат. Только те, кто достаточно хорошо разбирался в магии.

Находился артефакт в самом центре пирамиды, в замаскированной комнате, найденной с помощью духов гранита. Он выглядел как девятилучевая звезда, намертво вмурованная в постамент. Внешне артефакт не казался опасным, однако если прислушаться к течению магии, бурлившей в нем, то даже сердце могущественного чародея пробирал страх. Ибо в артефакте бурлила целая бездна энергии, энергии смерти.