Книга Истинная троих. Таверна для попаданки, страница 95 – Хелен Гуда

Время остановилось. Мы с Раулем переглянулись. Совет решил выполнить мою просьбу ? Или они что-то задумали? Скорее второе, чем первое.

— Формально — для дополнительных допросов, согласования их показаний с твоими, — королева обернулась, и её взгляд был полон нечеловеческой жалости. — Но я думаю… я думаю, они хотят посмотреть на вашу встречу. На вашу реакцию. Увидеть связь. Проверить её.

Мир сузился до ледяной точки в груди. Совет не просто наблюдает. Он ставит эксперимент. Он собирает всех нас в одном месте, как насекомых под стеклом, чтобы увидеть, как мы поведем себя вместе. Чтобы получить доказательства «триединства», о котором говорила легенда. Или… чтобы получить предлог для нашей одновременной ликвидации, если мы покажемся им слишком опасными.

— Они знают, — прошептала я. — Они знают о легенде больше, чем показывают. И они используют нас, чтобы её подтвердить или опровергнуть.

— Мать, ты не можешь позволить этому случиться! — голос Рауля сорвался на низкую, рычащую ноту.

— Это ловушка! — Я ничего не могу! — внезапно вскрикнула Лиатрис, и в её голосе впервые прорвалась неподдельная, животная паника. — Приказ Совета уже отдан. Их эскорт уже в пути. Если я отменю его, они объявят меня… неспособной. Объявят мятеж. У них есть стража! У них есть поддержка гарнизона! Они правят не по праву крови, а по праву силы! И я… я одна.

Она была похожа на загнанного зверя. Правительница, которая давно уже стала марионеткой, боящейся собственных кукловодов.

Я смотрела на её испуганное лицо, на напряженную ярость Рауля, и понимала: помощи здесь не будет. Королева — не союзник. Она — ещё одна жертва, слишком сломленная, чтобы бороться.

Но её слова принесли жестокую ясность. Завтра здесь будут Роберт и Эрнан. В логове врага. И это был не только риск. Это был шанс. Воссоединение, о котором мы мечтали. Но мы могли использовать его по-своему.

— Хорошо, — сказала я, и мой голос прозвучал на удивление спокойно в этой комнате, полной страха. — Я очень по ним скучала.

И Рауль, и королева удивленно посмотрели на меня.

— Ясина, ты не понимаешь… — начал Рауль.

— Понимаю, — перебила я. — Понимаю прекрасно. Это проверка. Значит, нам нужно её пройти. Или… — я посмотрела прямо в испуганные глаза Лиатрис, — или сделать вид, что проходим. А самим готовиться к настоящему действию. У нас есть один день. Один день, чтобы найти способ поговорить с ними наедине. Один день, чтобы понять, как добраться к камню.

В моих словах была решимость, которой я сама не чувствовала до конца. Но она подействовала. Паника в позе королевы сменилась настороженным, почти недоуменным интересом. А в глазах Рауля вспыхнула знакомая искра — не надежды, но яростной готовности к битве.

Совет думал, что контролирует игру. Что мы — всего лишь пешки на его доске. Что ж. Пора было показать им, что пешки, движущиеся вместе, могут дойти до края доски и превратиться в нечто большее. И завтра, при свете дня, в самом сердце цитадели, начнется наша самая опасная партия.

Весь день тянулся как густая, тягучая смола. После утренней встречи с королевой меня вернули в покои, и дверь за мной закрылась с тихим, но окончательным щелчком. Не с приказом оставаться, конечно. Просто с таким ощущением, что за ней теперь стоит не просто стражник, а вся безразличная мощь Совета, наблюдающего и оценивающего.