Книга Истинная троих. Таверна для попаданки, страница 27 – Хелен Гуда

А Роберт… Роберт продолжал смотреть. И я знала, что он захочет еще.

Я проснулась от мягкого света, пробивающегося сквозь шторы, и первое, что почувствовала, — это тянущую боль во всем теле. Голова гудела, как после дикой пьянки, а кожа казалась липкой и чувствительной. Я лежала на широкой кровати, укрытая тонким одеялом, и постепенно воспоминания нахлынули, как волна.

О боже… Ночь.

Эта безумная, развратная ночь. Я вспомнила, как Рауль лизал меня сзади, его язык везде, а я стонала с членом Роберта во рту. Как оргазм накрыл меня, и Роберт кончил, заполняя горло. Потом Эрнан, его огромный член в моей руке, и я довела его до пика, чувствуя, как он изливается. А Рауль… его пальцы на клиторе, шепот в ухо, и я кончила снова, выгибаясь, крича от удовольствия. Все они кончали, а я… я была в центре, мокрая, жаждущая, не в силах остановиться. Стыд обжег щеки, как пощечина. Как я могла? Это же не я, это афродизиак, но воспоминания были такими яркими, такими реальными. Я закрыла глаза, пытаясь прогнать их, но тело все еще помнило каждое прикосновение.

Рядом зашевелилось тело, и я почувствовала тепло мужской руки на своем бедре. Рауль. Он лежал голым, прижавшись ко мне, и его пальцы начали медленно гладить кожу, поднимаясь выше. Сердце заколотилось — нет, только не снова. Стыд смешался с паникой, и в голове мелькнула идея: притвориться, что ничего не помню. Что афродизиак стер все из памяти, как забавный побочный эффект. Я резко открыла глаза, сделав вид, что только что проснулась, и уставилась на него круглыми, "невинными" глазами.

— Что… что ты делаешь? — прошипела я, отталкивая его руку и отодвигаясь к краю кровати. Мой голос звучал фальшиво-возмущенно, но я держалась. — Ты что себе позволяешь? Что ты здесь делаешь, да еще и голый ? И где остальные?

Рауль замер, его рука повисла в воздухе, а на лице мелькнуло удивление, смешанное с ухмылкой. Он сел, не стесняясь своей наготы, и потянулся ко мне снова, но я отпрянула.

— Эй, милая, ты что, шутишь? После всего, что было ночью… Ты была такой страстной, такой… — Он осекся, увидев мой взгляд. — Ладно, ладно. Ты правда ничего не помнишь?

— Не помню, а что было? – оказывается из меня ничего так актриса и кажется Рауль поверил Я чуть не улыбнулась победно.

— Афродизиак, наверное, так подействовал. Забавно.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошли Роберт и Эрнан, каждый с подносом в руках. На подносах — кофе, фрукты, тосты, все выглядело просто и аппетитно. Они застыли на пороге, уставившись на нас: я, съежившаяся в углу кровати с красными щеками, Рауль, сидящий с довольной миной. Подносы слегка дрогнули в их руках.

— Она ничего не помнит, ребята, — хмыкнул Рауль, кивая на меня. — Проснулась и отталкивает, как будто мы чужие.

— Но как такое возможно? – хмурится Эрнан.

— Точно не помнит? – Роберт тож хмурится и так подозрительно щурится и смотрит на меня.

— Точно, – я сжимаю губы в тонкую линию и пытаюсь смотреть строго. – Вы где были?

— Мы же за завтраком ходили сами, чтоб без подвоха, а тут такое, – бормочет растерявшись от моего “наезда” Эрнан.

— Этот афродизиак сыграл с нами злую шутку, – озадаченно пробормотал Рауль, все еще с любопытством поглядывая на меня.

Роберт и Эрнан переглянулись, их лица застыли в смеси беспокойства и иронии. Мужчины поставили подносы на столик, не сводя с меня глаз. Эрнан осторожно подошел ближе, но остановился, видя мою "невинную" позу. Я сидела, обхватив колени, и внутри все кипело от стыда, но снаружи держала маску — круглые глаза, легкий ужас. "Что дальше?" — подумала я, а они просто стояли, как статуи, и комната вдруг показалась слишком тесной для всех нас.