Книга Попаданка. Драконы. Бунт против судьбы, страница 30 – Диана Эванс

— Тогда… почему ты не сказал? — ученик дрожал.

Дразир закрыл глаза.

— Потому что я думал, она сильнее.

Он повернулся к зеркалу, его голос стал тише, горьким:

— Когда богиня стерла себя, она оставила дыру. И мы… мы заполнили ее своей ненавистью. Своей болью. Мы создали Тень.

Ученик замер.

— Но… Эстрид…

— Она не причина. Она лекарство.

Дразир сжал сердце Архайона сильнее.

— И я был слишком слеп, чтобы видеть.

Послышались шаги за дверью. Группа драконов, последователей Дразира, ворвалась в библиотеку.

— Дразир! Архайон предал нас! Где…

Они замолчали, увидев, что он держит.

Дразир поднял голову, его глаза горели.

— Я ошибался.

Тишина.

— Мы все ошибались.

Он шагнул вперед, к своим драконам, и поднял сердце Архайона.

— Она не убийца. Мы — убийцы. Наша ненависть питала Тень все эти годы. Один из драконов огрызнулся:

— Ты предаешь нас ради нее?

Дразир рассмеялся, но в его смехе не было радости.

— Нет. Я спасаю нас от самих себя.

Он развернулся, подойдя к зеркалу.

— Я иду за ним.

Ученик вскрикнул:

— Но без сердца ты не вернешься!

Дразир улыбнулся.

— Я знаю.

Он взмахнул когтями и зеркало вспыхнуло.

— Но кто-то должен сказать им правду.

Дразир шагнул в разлом.

* * *

Темнота. Густая, липкая, как смола. Дразир шагнул сквозь зеркальный разлом и сразу почувствовал, как мир перевернулся. Его лапы погрузились во что-то вязкое, напоминающее жидкую тень.

— Архайон! — его голос потерялся в бесконечном пространстве зеркального мира. Ответа не было.

Внезапно синий дракон почувствовал странную пульсацию в когтях. Сердце Архайона, которое он держал, начало мерцать тусклым золотым светом.

— Что за… — Дразир не успел договорить, как нити впились в его чешую. Боль пронзила грудь, но почти сразу сменилась странным теплом.

Когда зрение адаптировалось, он увидел Архайона, лежащего без сознания, а черные энергетические щупальца, обвивали тело черного дракона все сильнее и сильнее.

— Вставай, старый дурак! — Дразир рывком оторвал щупальца, ощущая, как они шипят на его когтях.

Архайон застонал. Его глаза открылись, но взгляд был мутным.

— Ты… зачем… — его голос звучал хрипло, прерывисто.

— Заткнись и слушай, — прошипел Дразир, прижимая пульсирующее сердце к груди собрата. — Мы связаны теперь. Оба дурака.

Золотые нити от сердца обвили грудь Архайона, протянулись к Дразиру и создали странный энергетический мост между ними.

— Что ты наделал? — Архайон попытался встать, но рухнул обратно.

— Единственное, что оставалось, — ответил Дразир, чувствуя странное двоение в сознании. — Твое сердце… оно поддерживает нас обоих. Но ненадолго.

Внезапно знакомый шепот раздался вокруг:

— Как трогательно… Два врага, соединенные одной нитью.

Тень материализовалась перед ними, ее форма постоянно менялась.

— Но знаете ли вы, — она обвела их кругом, — что когда нить порвется, умрут оба?

Архайон поднял голову, в его глазах вспыхнул огонь:

— Где… она?

Тень рассмеялась — звук, похожий на ломающееся стекло:

— О, она делает выбор. Выбор, который уничтожит вас всех.

Дразир почувствовал, как связь между ними ослабевает. Он схватил Архайона за плечо:

— Слушай меня, старый дурак. У нас есть час, может меньше. Твое сердце… оно не вечно без тела.

Архайон резко выдохнул:

— Почему… ты пришел?

На мгновение Дразир заколебался, потом пробормотал: