Книга Побег из рая, страница 38 – Полина Ром

— Это ваша временная госпожа. Обращаться к ней нужно «госпожа Ярис».

Когда мы только вошли, никто из людей в комнате не осмелился поднять на нас взгляд. После слов Тиры они поняли головы и смотрели на нас с такой растерянностью, как будто ожидали, что сейчас я или кузина засмеёмся и сообщим, что всё сказанное раньше – просто шутка.

Похоже, под их взглядами Тира почувствовала себя неловко. Вполне понимаю: она не привыкла к такому. Все рабы – и её собственные, и чужие – старались никогда не смотреть господам в лицо, если не было прямого приказа. Взгляд глаза в глаза считался вызовом, оскорблением священной персоны хозяина, и правильному поведению рабов учили с детства.

Все рабы в моей комнате ждали момента импритинга со страхом и волнением, понимая, что на всю жизнь окажутся привязаны к совершенно неизвестной им личности. От этой самой личности будет зависеть не только их работа и здоровье, но и сама жизнь. Никто из них не мог знать, какой хозяин им достанется. Будет ли он равнодушно принимать услуги или же с внутренним удовольствием начнёт заставлять их переделывать одну и ту же работу много раз, а потом наказывать просто потому, что чувствует свою силу и их беспомощность.

Безусловно, они всё знали об импритинге и сейчас готовились к наступлению этого ключевого момента. Но тут явилась я и всё отменила. Похоже, шок они испытали немалый, но я не хотела, чтобы Тира прицепилась к кому-то из них за непочтительное поведение и потребовала наказания, а потому повернулась к кузине лицом и сказала:

— Спасибо тебе за помощь, Тира, но я хочу отдохнуть с дороги, и сейчас тебе лучше уйти.

— Да, пожалуй, я пойду… Хаджани просила сообщить тебе, что празднование назначено через два дня, ты должна быть готова к полудню: прибудут гости... Разумеется, только те, кому позволят! Туалет для праздника тебе принесут сегодня, – с этими словами она вышла, даже не потрудившись закрыть за собой дверь.

Люди всё ещё стояли посредине комнаты, не понимая, что им делать дальше и как себя вести. Честно говоря, я тоже не слишком понимала: не так и долго мне приходилось общаться с рабами. Годы жизни, проведённые рядом с Эфи, конечно, дали мне какие-то знания, но практически с момента нашего знакомства Эфи перестала быть рабыней, и уж тем более она не была запечатлённой рабыней. Для меня она стала просто хорошей подругой, с которой мы жили рядом.

Так что все мои знания о невольниках Империи были построены на неких абстрактных сведениях, почерпнутых из бесед с кузиной и другими родственниками. Разумеется, никто из них в разговорах не брал тему рабства как основную. Но какие-то факты и моменты жизни рабов всё равно периодически всплывали, и вот только по ним я могла судить о самом большом пласте населения Империи.

Я встала перед шеренгой людей и заговорила:

— Давайте познакомимся. Как вы уже слышали, меня зовут Ярис. Моей матерью была Каэль-джан. Через два дня моё совершеннолетие, и мне нужна будет ваша помощь: я плохо ориентируюсь во дворце и мало что знаю о том, как проходят праздники.

Первой ответила та женщина, что была постарше. Она поклонилась, коснувшись рукой пола, затем выпрямилась и, опустив взгляд вниз, начала:

— Госпожа Ярис, меня зовут Ниит, и я должна стать… должна быть… – я видела, как она мучительно подбирает слова и не может определись свой теперешний статус.