Книга Пончик для Пирожочка, страница 66 – Элис Айт

— Обо мне ты, наверное, наслышан, — сказал я. — А чем же занимаешься ты? Кажется, ты всегда хотел продолжить дело отца и выдвинуться в мэры.

— Чересчур хлопотно, — отмахнулся он. — Мы с Амарией и без этого хорошо живем. У меня невероятно процветающее дело — игорные дома!

Я склонил голову набок, глядя на него.

Хвастаться тем, что в твоем заведении честные, хоть и не очень умные люди проигрываются в прах и становятся должниками на многие годы вперед, зачастую перекладывая это бремя на своих детей?

Похоже, Лэриса смутило, что я не отреагировал на его последнюю фразу. Он опять фамильярно похлопал меня по плечу.

— Ты же ненадолго здесь? Хотел пригласить тебя в гости, но у тебя, наверное, так много дел перед отъездом…

— Каким отъездом? — не понял я.

Миссис Элшоу сегодня с утра настоятельно советовала скорее отправляться в столицу. По ее заверениям, некий целитель, которые там работал, мог поставить меня на ноги всего за какой-то месяц. Но я пока еще ни с кем, кроме нее, это не обсуждал да и вообще не думал покидать Шенберри, пока не избавлюсь от отцовских долгов.

— Ну, обратно в Танджанию, — пояснил Лэрис.

— А кто-то говорит, что я туда возвращаюсь? — я продолжал недоумевать.

— Это же очевидно! — он вновь расхохотался, будто услышал отличную шутку. — Разберешься с наследством, а дальше что лорду Черная Смерть делать в нашем захолустье? Для таких, как ты, здесь же скука сплошная.

Скука.

Мне захотелось его убить. Прямо сейчас высвободить дремлющую внутри чудовищную силу и швырнуть скота о кирпичную стену напротив так, чтобы брызги крови разлетелись по всему клятому бульвару.

На счастье Лэриса, я не прослужил бы в армии столько лет, если бы не умел сдерживать подобные позывы.

— Молись Богу, — мертвенным голосом ответил я, — чтобы ты никогда не испытал такое же веселье — сутками слышать крики умирающих людей, которые тебе дороги.

Я резко, на пятках, развернулся и зашагал в сторону кафе, больше не удостоив Лэриса ни единым взглядом. Было абсолютно плевать, как тот воспримет подобное поведение.

Он сказал чистую правду — мне нечего делать в этом месте и среди этих людей.

К «Сладкому волшебству» я подходил в отвратительном настроении. И оно не улучшилось, когда я уже на пороге увидел странную картину.

Из кондитерской вышли трое молодых мужчин, одетых прилично, но небогато. Судя по чернильным пятнам на бледной коже, это были мелкие служащие, наверное, какие-нибудь клерки. Каждый держал в руках по большому бумажному свертку с булками.

Вся троица пошатывалась, будто пьяная, на лицах расплылись глуповатые улыбки, глаза подернулись дымкой.

— Эти маги — они ну просто волшебники! — выдал первый из клерков, вызвав у товарищей взрыв хохота.

— Конечно они волшебники, они же маги! — ответил второй, держась за живот.

И опять все трое заржали не хуже жеребцов из королевской конюшни.

Пирожок озадаченно гавкнул, наблюдая за ними. Третий заметил его и бесстрашно потянул к нему растопыренные пальцы.

— Какой милый песик…

Я едва успел отпихнуть идиота в сторону. Волдог умел анализировать ситуацию немногим хуже людей. Он бы сообразил, что ему не желают зла, и, конечно, руку бы не оттяпал.

Наверное.

Я не всегда знал, что у моего пса в голове. А он откровенно скучал в последние дни — никаких тебе крокодилов в реках, ядовитых змей, маскирующихся под коряги, танджанийских шаманов с их хитрым колдовством… Отгрызть конечность мимо проходящему дураку — хоть какое-то развлечение.