Книга Пончик для Пирожочка, страница 64 – Элис Айт

— Если других претендентах на кондитерскую нет… — протянул я. — Что ты можешь сказать о самом Мервите Феймане? Возможно, он предложил такую цену просто потому, что не подозревает, какова настоящая стоимость заведения?

— Позвольте выразить в этом сомнения, — управляющий поправил очки на переносице. — Еще десять лет назад такую фамилию, как Фейман, никто не слышал, а сейчас его кафе-кондитерские претендуют на звание самых популярных в городе. Все они расположены в небогатых районах, но этот человек определенно разбирается в том, как вести дела. Он успел сколотить приличное состояние и обзавелся связями. Вы ведь обратили внимание, что ни его самого, ни кого-то из его сыновей не забрали на войну, хотя все мужчины с даром военнообязанные?

Я кивнул. Сложно было не заметить, что амбиции у отца семейства немаленькие. Он одевался как щеголь-аристократ и неспроста привел вчера ко мне домой дочурку, которая старательно крутилась передо мной, показывая себя со всех сторон, словно была таким же товаром, как их пирожные.

Покупка «Сладкого волшебства» для человека вроде Мервита была бы закономерным шагом. Если он уже завоевал признание городской бедноты, то почему бы не перейти на состоятельную публику, которая часто прогуливается возле ратуши — как раз мимо кафе-кондитерской, которое даже не нужно перестраивать для новой цели? Аристократы и зажиточные горожане в нищие кварталы за кексами не пойдут, а у Фейманов уже хватало прибыли на то, чтобы покупать магические ингредиенты, которые не по карману их обычным посетителям.

Но десять тысяч толлеров… Можно же сэкономить половину из них, всего лишь подождав месяц, пока не закончатся торги. Эта сумма гораздо больше, чем получилось бы заработать за то же время на булках, пусть хоть сто раз зачарованных.

Задумавшись об этом, я покрутил в руках трость. Пирожок оглянулся на меня и широко зевнул, демонстрируя, как ему здесь скучно.

— Может, мы что-то упускаем в самой кондитерской, — пробормотал я.

— Вряд ли там закопан сундук с золотом, — резонно заметил Харвел и постучал пальцем по бумаге, от работы над которой я отвлек его своим визитом. — Я напишу несколько писем старым друзьям и продолжу выяснять, какова обстановка вблизи кафе. Не исключено, что мистер Фейман планирует вскорости перепродать помещение кому-то другому и заработать на этом.

— А я проверю свою собственную версию. Заведение принадлежит мне, и ничто не мешает провести в нем очередную хозяйскую инспекцию, более дотошную, чем в прошлый раз, — я поднялся и поманил пса. — Идем, Пирожок. Возможно, тебе снова перепадет пончик.

Услышав заветное слово «пончик», волдог сразу подскочил и громко гавкнул, заставив Харвела испуганно подпрыгнуть на месте. Я хмыкнул, отметив, что Пирожку неймется отправиться в «Сладкое волшебство» едва ли не больше, чем мне самому.

Хотя, пожалуй, и я не отказался бы от пончика из рук одной милой девицы, которая там работала…

Карета подъехала к кафе-кондитерской в послеобеденный час. Погода сегодня стояла ясная, теплая, солнце сесть еще не успело, и бульвар возле ратуши наполнился почтенной публикой, которая пыталась поймать наслаждение последних осенних деньков.

Хоть я давно не жил в Шенберри, но все еще помнил одну из главных погодных примет. После Дня всех святых здесь наступала зима — уже не просто замерзали лужи по ночам, а выпадал снег, который не таял поутру и лежал на земле тонким слоем. Плотно укроет поля пуховым снежным одеялом еще где-то через месяц, к декабрю, однако город к этому моменту уже привыкнет к ощущению зимы.