Книга Создатель злодейки. Том 1, страница 168 – Sol Leesu

Я кивнула, подхватывая его слова:

— Верно. Если миледи примет признание его высочества, то спасет многих невинных людей от страданий. Но как можно заставлять молодую леди любить принца?

— Точно. Нет в этом никакой нужды. Не стоит брать на себя лишнее бремя. Вам всего-то нужно сказать его высочеству наследнику престола о своих истинных чувствах.

С герцогом Трандиа, неожиданно для меня, оказалось легко разговаривать. Вероятно, потому, что и ему это было выгодно: чем скорее Шарлотта отвергнет Вернера, тем скорее появится шанс для него самого.

Мы обменивались репликами, словно подыгрывая друг другу, но Шарлотта все так же молчала. Лишь спустя долгое время, все еще прячась за спиной герцога, она наконец тихо, почти бормоча, вымолвила:

— Но мне так жаль всех тех девушек, что питают чувства к его высочеству…

Ах да, точно, у нее ведь такой характер. Что ж, надо принять, что человек добр до наивности и крайне сострадателен… Ведь даже Айлу, ту, что хотела убить ее, Шарлотта умудрилась пожалеть. Настоящий ангел во плоти. Но чем больше я слушала ее, тем более странные чувства испытывала.

Я кивнула, потом замерла и склонила голову набок:

— А его высочество? Разве вам не жаль его? Ведь ему приходится бесконечно ждать ответа, не зная, будет он вообще или нет. Мне на его месте было бы очень больно.

— …

Шарлотта ничего не ответила.

«Ах, ну что же за мучение… хоть бы взглянула прямо и сказала! Я и сама в детстве была нерешительной, но не до такой же степени».

Мне не оставалось ничего, кроме как снова посмотреть на герцога Трандиа. Он смутился под моим взглядом, а потом все-таки подвел Шарлотту ближе и оставил прямо передо мной, вынуждая ее столкнуться со мной лицом к лицу.

Через несколько минут наши взгляды наконец встретились. Лицо Шарлотты уже было сухо. Вместо этого она покраснела, словно произошло что-то очень постыдное.

«Она наконец готова говорить?» – подумала я, ожидая ее ответа. Голос и взгляд Шарлотты были сейчас гораздо более сдержанными, чем раньше:

— А что будет с рабом?

— Простите?

Я невольно поморщилась. Мы только что обсуждали признание наследного принца. Ну при чем тут раб?

— Тот мужчина, которого вы купили вместе со мной… Вы же не собираетесь и правда сделать из него раба? Я не хочу верить грязным слухам про вас, леди Мертензия, но… для меня вы благодетельница, потому я и тревожусь.

Голос Шарлотты затих, ее горло снова сжалось. Слезы наполнили ее глаза, а плечи задрожали. С каких это пор ей стал так дорог тот дикарь? В романе это был проходной, едва упомянутый персонаж…

И если Шарлотта слушала бы меня чуточку внимательнее, она поняла бы, насколько мне отвратительно то, что происходит в ночных кварталах. Я была бы настоящей лицемеркой, если бы на полном серьезе купила себе раба.

«Странно…»

Почему Шарлотта так отчаянно стремится выставить меня злодейкой? Я с недоумением моргнула, а потом вытащила рабское свидетельство дикаря. Цокая каблуками по полу, я подошла к столу в углу комнаты.

— Сегодня я сумела освободить лишь одного человека, случайно попавшего в рабство… – сказала я, поднося документ к пламени свечи, стоящей на столе. Края бумаги вспыхнули, и вскоре все свидетельство превратилось в пепел. – Но однажды я хочу освободить всех, кто здесь находится. Правда.