Книга Создатель злодейки. Том 1, страница 111 – Sol Leesu

«Ведь по сюжету она должна была меня предать…»

Я, сбитая с толку, но втайне польщенная тем, что София сделала выбор в мою пользу, развернула второе письмо – от Полана.

«Прошу, похитьте меня. Завтра, на заключительном балу праздника урожая, будет шанс».

Он что, за два дня успел сойти с ума?.. Когда мы виделись на балу четвертого дня, он выглядел вполне вменяемым. Я неодобрительно цокнула и отложила листок в сторону.

Но Киллиан, вложив письмо Полана обратно мне в руку, мягко заметил:

— Привычка не дочитывать письма до конца – дурная. Надо уважать старания отправителя.

— Но как ни крути, это письмо не выглядит написанным в здравом уме.

Мучаясь, как человек, которого заставляют проглотить ненавистную пищу, я продолжила читать.

Бред. Сумбур. Стиль письма говорил о полном отсутствии рассудка адресанта, но если кратко пересказать суть, она была такова:

«Леди Мертензия никак не сможет собственными силами создать платье, достойное самой принцессы. Моя помощь вам необходима. Прошу вас, похитьте меня и заставьте работать над платьем. Я не возражаю, если и на этот раз вся слава достанется только вам. Позвольте лишь помочь».

Даже дочитав письмо до конца, я так ничего и не поняла.

Если человек осознал, что его использовали, он должен как минимум злиться или вообще пресечь общение. Но умолять снова использовать себя… Что это вообще такое? Новый вид мазохизма?

Я молча бросила письмо Полана в камин, пустив его на растопку. Киллиан, видимо, счел, что раз я все-таки дочитала его, то неважно, что случилось с ним потом. Он даже погладил меня по голове и сказал «молодец».

Я тут же увернулась от его руки.

* * *

Следующим отличился сам герцог Мертензия. После того как он помог мне в первый день бала, он по-прежнему смотрел на меня с тем же снисходительным пренебрежением, а тут вдруг вызвал к себе.

Я, естественно, забеспокоилась, решив, что он собирается прочитать мне лекцию, которую пришлось отложить тогда. Но даже если так, разве отложенная атака – это не слишком?! Я направлялась к отцу, ворча себе под нос.

Герцог выглядел таким же безупречным, как и прежде, элегантно держа чашку с чаем. Как бы усердно я ни занималась с Киллианом, до его утонченности мне было явно далеко.

— Вы хотели со мной поговорить? – осторожно спросила я, не в силах выносить напряженную тишину. Кажется, я уже произносила раньше эти слова.

— Как ты относишься к получению титула?

— Прошу прощения?

Вот уж действительно внезапный вопрос! Никто не может соперничать с ним в умении ставить в тупик.

Как вообще можно прийти к таким размышлениям? Если бы Киллиан вдруг заявил, что постиг высшую волю божества и теперь собирается жить, практикуя веру, любовь и надежду, я бы поразилась не меньше.

«Может, вы сначала объясните, как пришли к этой мысли?» – едва не вырвалось у меня, но я сдержалась. Наверное, сейчас на моем лице застыло самое глупое выражение на свете.

— Простите, но я не совсем понимаю…

— Поскольку ты наследница и графского титула Кинтайр, я подумал, что тебе это может быть интересно.

Кинтайр.

Я вспомнила, как Киллиан вскользь упоминал об этом, рассказывая о доме Мертензия. В Империи Лете крупные роды могли владеть сразу несколькими титулами. Дом Мертензия, например, помимо герцогства Мертензия имел также маркизат Беллуа, графства Кинтайр и Полиньяк.