Книга Бывшие. Ненавижу. Боюсь. Люблю?, страница 20 – Аелла Мэл

Не знаю, сколько времени она так сидит. Я просто наблюдаю, чувствуя, как внутри нарастает тягостное, беспомощное чувство вины, причины которой я не понимаю. Но вот она поднимает голову и начинает смахивать слёзы. Её взгляд случайно скользит по моему окну и замирает на мне. Снова её лицо искажается страхом. Но уже через секунду страх сменяется чистейшей, обжигающей злостью. Она резко вскакивает, подбегает к окну и с силой дёргает за шнур. Шторы с гневным шелестом смыкаются. Я вижу лишь её размытый силуэт.

— Чёрт! — с досадой ругаюсь я сквозь зубы, с силой ударяя кулаком по подоконнику. Зачем я так откровенно стоял и пялился? Мог бы хоть притаиться — и, возможно, она не захлопнула бы от меня свой мир так решительно.

Разворачиваюсь и иду в душ. Мне нужно остыть. Эта девчонка действует на меня сильнее, чем любая буря в моей жизни. Чёрт бы её побрал!

Следующий день проходит в бесконечных хлопотах. Вместе с Муслимом разъезжаем по городу, оформляя заказы на продукты и уточняя детали. Зал торжеств уже забронирован. Никах проведем за день до свадьбы. Обычно на нем присутствует отец невесты, но у нас его нет. Мне, как старшему брату, предстоит занять его место. Тяжело отпускать свою мышку. Даже в такую хорошую семью.

К вечеру, завершив дела, возвращаемся домой. Муслим сразу зовет к ним. И хочется, и нет. Целый день не видел девчонку, и в голове будто сверлит навязчивая мысль о ней. Но я должен держать себя в руках!

— Твои мать и сестра уже у нас, — хмыкает он, и у меня не остается выбора, кроме как молча последовать за ним. Это не я — это сама ситуация хочет, чтобы мы увиделись.

В гостиной царит спокойная, уютная атмосфера. Все на месте, кроме неё. Сам не замечаю, как хмурюсь, не видя её среди собравшихся. Сажусь на диван, делаю вид, что слушаю общий разговор, но всё во мне напряжённо ждёт появления одного-единственного человека.

— Па-а-а! — счастливый возглас раздаётся с второго этажа. Слышно, как кто-то сбегает по лестнице и она врывается в гостиную с сияющей улыбкой. Глаза горят, как звёзды.

— Завтра приедет! — визжит она от восторга.

— Серьёзно? Амирхан приезжает завтра? Неужели? — радостно вскакивает Муслим. За ним — Селим. Их родители счастливо переглядываются.

— Да-а-а! — выдыхает она, словно лопаясь от счастья. Подпрыгивает на месте, словно маленький ребёнок. Совсем другая. Не замечаю, как на моих губах появляется улыбка — её радость заразительна. Но… кто такой Амирхан?

— Прямо лучишься от счастья, — с нежностью говорит жена Муслима.

— Естественно! — с лёгким укором смотрит она на невестку. — Моё солнышко завтра приедет. Наконец-то!

И в этот момент её взгляд падает на меня. Улыбка мгновенно исчезает. В глазах — всё тот же испуг. Быстро окинув взглядом всех присутствующих, она с усилием возвращает на лицо подобие улыбки и спокойно проходит к дивану.

— Завтра обязательно устроим праздник, — говорит Селим. — Амирхан обрадуется и похвалит нас.

— Это… — начинает моя сестра.

— Да! — перебивает её Селим. — Я же рассказывал тебе об Амирхане. Мы все рады, что наконец-то наше счастье возвращается домой. Но больше всех, конечно, счастлива Айнура. Она, наверное, всю ночь простоит у окна в ожидании утра и своего солнышка.

— Завидуй молча, — показывает она язык брату, совсем как ребёнок. — Вот приедет завтра — и будете все ходить по струнке!