Книга Единственный, страница 38 – Люси Дарлинг

— Энджел, не надо.

Может, мне и стоит ее послушаться, но вместо этого я спускаюсь вниз. Когда я пытаюсь открыть дверь, она не поддается. Я прижимаюсь ухом к холодной поверхности, но не слышно абсолютно ничего.

— Они там, да?

— Наверное.

Райли стоит позади меня. Мы обе взвизгиваем и подпрыгиваем, услышав громкий щелчок замка, прежде чем массивная металлическая дверь начинает открываться.

— Черт, — бурчит Николай, увидев меня, но мой взгляд проскальзывает мимо него и останавливается на Авеле, который стоит над моим отцом с плоскогубцами в руке.

Черч

— Энджел.

Я роняю плоскогубцы. Она смотрит на меня. Ее лицо ничего не выражает — с этим я не сталкивался. Обычно все ее эмоции как на ладони, но сейчас — пустота. Меня охватывает страх. Чувство, к которому я не привык.

— Энджел, — хрипит ее отец. Уверен, он в шоке, увидев дочь здесь. Мне хочется вырвать ему глаза, чтобы он больше никогда не мог на нее смотреть. — Помоги мне, — голос его срывается.

Энджел отступает на шаг, натыкаясь на Райли, чье лицо искажено отвращением. Ни одной из них не нужно было этого видеть.

— Пошли, — Райли пытается потянуть Энджел за руку, чтобы привлечь ее внимание. Я смотрю, как на глазах моего ангела выступают слезы. Те самые, что вызвал я. Наконец, она позволяет Райли увести себя наверх.

Я, блядь, забыл запереть дверь наверх после того, как вошла Райли. Я никогда ничего не забываю. Я иду за ними. Не может быть и речи, чтобы я позволил ей убежать. Я знаю, что должен. Ей нужно пространство, но я не могу себя остановить. Николай тоже не смеет мне мешать. Он знает, чем это пахнет.

Я знаю, что дверь в док открыта. Я оставил ее так, потому что Маттео сказал, что направляется сюда. Он не уточнил причин, но просто так он не заглянул бы. То, что ему нужно, должно быть важно, раз он нанес личный визит. Обычно, если дело рядовое, он просто послал бы Серджио.

— Энджел, — окликаю я ее.

Она останавливается и поворачивается ко мне.

— Я не бегу, — выдыхает она. — Знаю, что лучше не стоит.

Черт побери. Я замираю на месте.

«Знает, что лучше не стоит»? Эти слова разрывают меня изнутри. Пытка моего же собственного изготовления.

— Ты убьешь его?

— Э-э, ему не обязательно делать это самому, если тебя это смущает, но этот человек — труп, — отвечает Николай.

— Заткнись нахуй, — рычу я на него.

— Авель? — Энджел снова обращается ко мне, желая услышать мой ответ.

— Если ты не хочешь этого, я не стану.

Ее глаза расширяются.

— Не спрашивай меня об этом! — она переминается с ноги на ногу. Я хочу подойти к ней, но стою на месте. Ее слова о том, что «лучше не стоит», пригвоздили меня к полу. К моему удивлению, это Энджел делает шаг ко мне. Она кладет руки мне на грудь и смотрит снизу-вверх. — Как долго он здесь? Все то время, что я тут живу?

— Да.

Я не стану лгать ей. Я уже скрыл слишком многое.

— Зачем ты это с ним делаешь?

— Ты знаешь, он нехороший человек.

— А ты хороший, Авель?

— Единственный, кем я хочу быть, — это твоим.

Это правда. Все остальное не имеет значения. Хорошим или плохим тебя назначают люди. Это всего лишь мнение. Не более того. То, что я считаю злом, другой может таковым не счесть.

Сигнал от ворот оповещает о прибытии Маттео. Самое неподходящее, блядь, время, но остановить это уже невозможно.