Книга Единственный, страница 39 – Люси Дарлинг

— Кто это? — спрашивает Энджел.

— Маттео Каттанео.

Она тихо ахает.

— Ты же знаешь, я никогда никому не позволю причинить тебе вред. Никому.

Я не позволю. Я убью всех здесь ради нее одной, и у меня не будет ни капли сожаления. Уверен, кто-то скажет, что это делает меня очень плохим человеком. Но мне плевать, что думают другие. Все, кроме нее. Она — мое все.

Энджел оборачивается, услышав, как автомобиль заезжает в док. Маттео не один. Его внедорожник и фургон заезжают внутрь. Либо он привез кого-то мне, либо планирует забрать сенатора.

— Энджел, — я понижаю голос. — Ты должна сказать мне, чего хочешь, потому что ситуация накаляется. Мне нужно знать, на чьей ты стороне в этом.

Ненавижу, что ставлю ее в такое положение, но у нас больше нет времени.

— Не делай ничего, что поставит тебя под удар, — шепчет она.

Энджел только что выбрала меня вместо отца.

— Я не об этом.

— Не заставляй меня это говорить, — ее глаза снова наполняются слезами.

— Ты не должна делать ничего, чего не хочешь, — пытаюсь я ее успокоить.

— А если бы я захотела уйти?

Я сжимаю кулаки.

— Тогда мы уедем.

Думаю, она имела в виду одна, но это не вариант. Я отвезу ее куда угодно, кроме как подальше от себя.

— Я здесь, чтобы забрать сенатора, — объявляет Маттео, выходя из внедорожника. За ним следует Серджио. Сэл выходит из фургона, но остается около него, и я понимаю, что внутри кто-то есть.

— Что происходит? — спрашиваю я.

— Разве это имеет значение? — взгляд Маттео задерживается на Энджел.

— Брент — моя добыча.

Энджел вздрагивает от моих слов.

— Ты убьешь его? — она смотрит на меня. — Почему он не отправится в тюрьму или что-то подобное?

— Нам не нужны болтуны. Все трое умрут. Все уже запущено. — Маттео смотрит на часы. — Вообще-то, у меня жесткий график. Не могу заставлять нового начальника полиции ждать.

Он все подстроит. Свалит все убийства друг на друга. Уверен, выйдет так, что Брент убил отца, а Кен и Барби устроили убийство-самоубийство. Это позволит замести следы без лишних вопросов. Все получат то, чего хотят. Кроме, пожалуй, моего ангела. Блестящий план. Не удивлен. Так всегда работает Маттео. Именно поэтому он до сих пор самый влиятельный человек в городе.

— Прибереги слезы, Энджел. Они тебе понадобятся для камер.

— Маттео, — я рычу, заслоняя Энджел собой от чужих взглядов. Я готовлюсь на случай чего.

— Ты сказал ей? — Маттео продолжает гнуть свое.

Я делаю шаг, но Энджел хватает меня за рубашку сзади, и я останавливаюсь. Одним прикосновением эта хрупкая девушка может управлять мной и судьбами стольких людей.

— Сказал мне что? — она выглядывает из-за моей спины.

— Не надо, — приказываю я ей, плевав сейчас на то, кто такой Маттео. Энджел уже предстоит жить, зная кучу ебанутого дерьма.

— Не тебе решать. — Энджел бьет меня локтем, пытаясь протиснуться.

Я уступаю, но обвиваю ее рукой выше груди, прижимая спиной к себе. Я крепко держу ее, чтобы она не двигалась. Меня наполняет облегчение, что она не пытается вырваться. Сейчас я должен волноваться о другом.

Маттео усмехается, глядя на то, как Энджел пихает меня и помыкает мной. Мне плевать. Все, что меня волнует сейчас, — это пройти через все это и выйти с ней по другую сторону, в лучшем для нее месте.

— Скажи ей. Она имеет право знать, — тихо говорит Райли.