Книга Детство в девяностых, страница 28 – Оливия Стилл

Баба Нюра ещё что-то бормотала, но Даша уже не разбирала слов. Она провалилась в дремоту; мерещилось ей, что бродят они с Кристиной по каким-то пещерам. И вдруг послышался откуда-то сверху стук и голос деда Игната:

— Нюрк! А Нюрк?..

Даша открыла глаза. Стук снова повторился, и вдруг, как в немом кино, силуэты бабки и деда со своих постелей почти мгновенно приняли вертикальное положение. Даше было бы смешно, если б ей смертельно не хотелось спать.

— Уй-уй! Будильник-то не прозвенел! Лёша! Лё-о-ша! Ты что ж, паразит эдакой, будильник-то не завёл?

— Я завОдил...

— Ребёнка подымай! От напасть-то! Ить не поспеем на ахтобус!

Но Даша уже и так была на ногах. От недосыпа её знобило и тошнило, и хотелось только одного — повалиться обратно в постель и спать.

А баба Нюра уже суетливо пихала ей в руки пальто, тянула за руку на мост. На улице меж тем уже рассвело, но было чертовски холодно. У Даши зуб на зуб не попадал, пока они, под вопли бабы Нюры, торопливо бежали к автобусной остановке, около которой уже стоял замызганный «пазик».

— Уй-уй! Ахтобус! Лёша! Лё-о-ша! Где ты там плятёсси, дурак эдакой? Бягом!!!

— Дык, телега же, ёлки-мОталки… — бормотал дед, толкая перед собой полуразвалившуюся водовозную тележку со сломанным колесом, на которой громоздился мешок картошки. Хромоногая тележка, словно пьяная, вихлялась в разные стороны.

— Бросай её, к чёртовой матери!!! — заорала бабка, — Бягом!!!

— А картовь?..

— Ну её! Бросай, тебе говорят!!!

Дед с видимым сожалением бросил тележку на дороге, дав ей на прощание хорошего пинка. В последнюю секунду заскочили в вонючий, душный автобус, и почти сразу же Дашу, ничего не евшую со вчерашнего дня, начало сильно мутить.

Автобус поехал, подпрыгивая на ухабах и ухая под полом баллонами. В салоне ещё сильнее завоняло выхлопными газами, и Дашу вырвало.

— От наказание господне, — проворчала баба Нюра, вытирая носовым платком обблёванное Дашино пальто.

— Долго ещё? — простонала Даша с позеленевшим от тошноты лицом.

— Долго… Цельный день ихать будемо...

Целый день!.. Это было невыносимо, и от такой новости Дашу замутило ещё сильнее.

Глава 26

Это было долгое и утомительное путешествие.

Сначала Даша со стариками ехали полтора часа на тряском, вонючем автобусе. Потом, на ещё более вонючем сельском автовокзале, три часа ждали проходящего рейсового автобуса до города, на котором предстояло ещё ехать большую часть пути...

Даша, вконец ослабевшая и зелёная от недосыпа и тошноты, сидела, скорчившись, в своём обблёванном пальто, на грязной вокзальной скамье. Чуть поодаль от её ног копошились, склёвывая крошки с асфальта, ленивые жирные голуби. Эти голуби ещё больше напомнили Даше город, ибо она давно уже заметила, что в деревне голубей нет. Эти ленивые и грязные птицы живут преимущественно в городах, около помоек — так, во всяком случае, объясняла на природоведении учительница. И при мысли о том, что эти грязные голуби, вероятно, являются источником заразы, Даша почувствовала новый прилив тошноты.

— На-ко, яичко скушай… — баба Нюра протянула ей в целлофановом пакете только что очищенное крутое яйцо. От яйца пахло пердежом.

Даша отрицательно помотала головой.

— Да ты ж за весь день ничего не покушала! Оттого и мутит тебя...

Какой-то усохший, морщинистый дедок в фуражке присел рядом на скамью, закурил цыгарку. Едкий дым шибанул Даше в нос.