Книга Жара в Архангельске, страница 131 – Оливия Стилл

— Не успел, — отвечал он, — Я ей говорил, чтоб не выходила к нему, да она разве слушает.

— Нет, я просто хуею от всего этого! — возмутилась Яна, — И ты ещё замуж за него собралась?

— А у меня что, есть выбор? — резонно возразила Олива.

— Выбор есть всегда.

Гладиатор пристально посмотрел Оливе в глаза.

— Оля. Ты слишком слабохарактерна. Ты хоть понимаешь, что тебя с ним ждёт?

— Она не понимает, — сказала Яна, — Видимо, ей нравится быть жертвой.

В пять часов вечера Олива и Яна собрались и поехали на автобусе в Архангельск. Гладиатор с ними не поехал, сказав, что ему ещё дома надо устанавливать спутниковую тарелку, но к ночи обещал нагрянуть. Девушки распрощались с ним и, подхватив свои сумочки, свернули с морского побережья и пошли по липовой аллее в направлении автобусной остановки.

На газоне росли крупные белые ромашки. Яна сорвала две штуки, одну воткнула себе в волосы, а на другой стала обрывать лепестки.

— Любит, не любит, плюнет, поцелует… — бормотала она себе под нос.

— На кого гадаешь-то? — поинтересовалась Олива.

— На Димочку, — отвечала Яна, — Плюнет, поцелует, к сердцу прижмёт, к чёрту пошлёт… К чёрту пошлёт! Ну и хуй с тобою, золотая рыбка. Ща на Славика погадаем.

Она вытащила из своих золотистых волос вторую ромашку.

— … К сердцу прижмёт, к чёрту пошлёт, своей назовёт. Любит, не любит, плюнет...

— Плюнет, — сказала Олива, когда оборвался последний лепесток.

— Ну и пошёл он в жопу.

В автобусе Яна клевала носом. С дороги, бессонной ночи, жары и морского купанья её разморило, и настроение у неё уже было совсем ни к чёрту.

— Потрох сраный! — ругалась Яна, когда они уже сошли с автобуса на улице Урицкого, — Чтоб я его больше здесь не видела! Поняла?!

— Кого?

— Салтыкова, кого же ещё! Мало того, что он хам, так он ещё и храпит как поросёнок. Я ночью даже уснуть не смогла из-за этого!..

— Странно… — пробормотала Олива, — Я дак не замечала, что он храпит.

— Где уж тебе заметить, — ехидно произнесла Яна, — Тебя хоть на скамье вокзальной положи — будешь дрыхнуть как чурбан. А я так не могу!

— Но что же делать? — слабо вякнула Олива.

— Я не желаю спать с ним в одной комнате! У меня отпуск раз в году, я хочу нормально отдохнуть!!! Ты понимаешь это?!

— Ладно-ладно, ты только не кипятись, — примирительно сказала Олива, — Если не хочешь, я скажу ему, чтобы шёл к себе домой ночевать, а мы эту ночь переночуем одни. Только не ори, ради Бога, а то у меня уже у самой голова лопается.

Девушки купили газированной воды в палатке и пошли домой. Олива уже сама была вся на нервах и готова была взорваться в любой момент. Яна, безусловно, была права — давно надо было выгнать этого дармоеда, который и так уже её как липку ободрал. Когда Олива призналась в этом Яне, та аж задохнулась от бешенства:

— И ты ещё сомневаешься?! Да после такого я сама его с лестницы спущу!!!

Мусорное ведро на кухне было полным-полнёхонько — Салтыков ни разу не вынес его, наверное, ждал, что оно вынесется само, или думал, что таскать мусорные вёдра — обязанность Оливы. И если до этого Олива ещё колебалась как маятник между Яной и Салтыковым, то теперь, увидев это полное до отказа ведро, она окончательно укрепилась в своём решении.

Раздался звонок в дверь. Олива заметалась по прихожей.

«Открывать — не открывать?..»