Книга Нулевые, страница 147 – Алекс Джун

— Видимо, он решил, что Антон вернулся, наверняка караулил его. Услышал шум, когда ты вскрывала окно, и стал наблюдать за домом. – Илья взял папку, которую ему протянула Маша, и с довольным видом убрал к себе в рюкзак. – А ты, кстати, со спины на Антоху похожа, он тоже тощий гном.

— Вот, блин, спасибо, – прошипела Маша, стискивая бок. – Я похожа со спины на какого-то мелкого мужика. Поэтому сосед в меня из чего-то стал стрелять?

— Стрелять? – Илья включил в машине свет и повернулся к Маше. – Попал куда-то?

Маша стянула куртку и принялась осматривать бок. Рана была небольшой, но кровила и жутко болела.

— Похоже на травмат. Сейчас аптечку достану, а Саня завезет тебя к нашему Айболиту, не боись. Главное, ты все сделала, значит, деньги получишь. А безумный сосед ничего не докажет, тем более что и он, и Антоха не в ладах с ментами.

— А что хоть было в тех документах? – спросила Маша, прикладывая к боку бинт, который ей сунул Илья.

— Все, что нужно, чтобы отжать бизнес и имущество до того, как на них наложат арест, как я полагаю, – легкомысленно отозвался Илья. – Честно говоря, я не вникал. Антон Свильчук скоро будет за решеткой, но его контора и имущество к тому времени уже будут распроданы или переоформлены, а все темные сделки, которые он проворачивал, – стерты. Так что за собой он никого не утянет. А его признания, что документы не те, лишь насмешат органы.

— Ясно, – только и сказала Маша, пытаясь унять кровь.

— Деньги тоже сегодня заберем, только сперва тебя починим. Сейчас звякну нашему доктору, пусть ждет.

Мысль о деньгах подействовала как легкое обезболивающее. И Маша смогла даже более-менее бодрым шагом дойти до некоего Айболита, который жил в обычной панельке на первом этаже. Она старалась не думать об антисанитарии, когда мужик прямо на грязноватой кухоньке ее осмотрел и подтвердил слова Ильи про «обычный травмат, который стреляет резиновыми пулями и потому редко приводит к летальному исходу». Он поковырялся у Маши в ране какими-то железками, влепил ей укол прямо в бок, а потом скрепил кожу чем-то, напоминающим канцелярский степлер.

— Жить будешь, – сказал доктор, блеснув желтой щербатой улыбкой и дыхнув перегаром.

Уже в который раз Маше захотелось уточнить у взрослого мужика, тот ли он специалист, за которого себя выдает. Но спрашивать: «А вы точно врач?» – было бы нелепо. Ну скажет он: «Нет, я слесарь», и что это изменит? Все равно нельзя обращаться в обычную больницу, где могут начать задавать вопросы.

— Ну вот и все! – потирал руки Илья, когда они снова сели в машину. – Осталось самое приятное!

Саня снова куда-то их повез, но Маша так сильно устала, что просто отключилась на заднем сиденье и проснулась только после того, как ее бесцеремонно растолкали.

— Твоя доля, малышка. Забирай, прячь и пересаживайся в такси. Вот-вот подъедет, я вызвал. Нельзя эту тачку светить на нашем районе.

Маша разлепила веки и взяла у Ильи тугую пачку. Денег было чуть меньше, чем она полагала, но этого должно было хватить, чтобы погасить долг.

— Чуть сняли с нас за переполох с соседом, – развел руками Илья. – Но ты все равно умничка! – Он ткнул ее пальцем в нос и рассмеялся.

Маша выбралась из машины и пересела в такси. Путь до дома казался бесконечным. Когда она вошла в квартиру, отец спал так же крепко, как и тогда, когда его дочь уходила на дело. На часах было без десяти шесть. Переодевшись и приведя себя в порядок, Маша зашла в комнату отца.