Книга Песнь Света о черничной весне, страница 66 – Кира Цитри

Вдруг Джаред призвал весь Порядок, что горел в его душе. С пальцев сорвался серебристый столп искр и врезался в грудь Бога. Тот даже не пошевелился, только пушистые светлые брови взметнулись вверх, а глаза вспыхнули ярким светом. Он шевельнул пальцами и мужчину откинуло в сторону словно назойливую муху. Джаред ударился о стену дома. Из легких выбило воздух, штукатурка с камня осыпалась и седой крошкой припорошила отключившегося мужчину.

— Повелитель, не надо! — взмолилась Алиса, спешно поклонилась, но в глазах ее не было раскаяния. Она даже слезинки не проронила.

Ниалл вздохнул. Обернулся на Персефону. Девушка стояла и смотрела на мать, но заметив взгляд Бога, поспешила кивнуть, чтобы он не заметил колебания. Назад пути не было. Повелитель Света резко вытянул руку вперед и схватил осколок души, а затем дернул ладонь на себя и вырвал его. Голубые глаза стали стеклянными, с кончика губ потекла густая вишневая струйка крови, ноги подкосились и Алиса рухнула на колени, а затем ее тело завалилось вперед. Персефона прижала руки ко рту, из глаз полились слезы. Она села на корточки и плечи ее подрагивали в немом рыдании. Ниалл схлопнул ладонь. Душа Света рассыпалась золотыми осколками, которые Бог брезгливо раскрошил на траву. Кровавую ладонь он вытер о платок и бросил рядом, скривившись, а затем подошел к Персефоне, схватил ее за ладонь и поднял вверх. Глаза девушки закатились, и, не выдержав увиденного, она рухнула в обморок. Бог едва успел поймать ее.

— Персефона! — воскликнул Бог и слегка пошлепал ее по щекам, а затем зажег магию и приложил два пальца ко лбу девушки.

Она распахнула ледяные глаза, не понимая где находится. Ниалл помог подняться и позволил опереться на свою ладонь, а затем коснулся нити Света и они снова оказались на песчаном берегу Розового моря.

— Как ты? — спросил Ниалл.

— Мне нужно побыть одной, — бросила Персефона и, свернув к каньону, по песку спустилась вниз и скрылась из вида.

Вечерело. Лазурное небо сменил градиент из малинового и сиреневого цвета. Поднялся ветер. Он небрежно гладил морские волны, от чего они колыхались и набирали оборот, а у самого берега рассыпались молочной пеной. Ниалл сидел на берегу и подставлял свое лицо под заходящие лучи багрового солнца. Пахло лимоном, а вверх с его кружки тянулся седой пар. Бог пригубил розовый чай и прикрыл в блаженстве веки. Когда в его легкие ворвался аромат черники, он, не раскрывая глаз, безразлично спросил:

— Как ты?

— Я в норме, — хрипло ответила девушка и села рядом.

— Полагаю, моя миссия окончена. Мы можем вернуться.

— Да, я хотела сказать спасибо. Ты… — но Персефоне не дали закончить.

Раздалась вспышка и из черного тумана вышли двое мужчин в обмундировании Хаоса. Персефона испуганно вздрогнула, а Ниалл лениво распахнул глаза и раздраженно скривился. Солдаты, одетые в черные кожаные брюки и льняную рубашку такого же цвета поклонились. На поясе висели ножны с мечами, на рукоятках которых вырезана луна. Бог встал, отряхивая ладони от песка. Мужчина с копной русых волос прочистил горло и сказал:

— Приветствую Повелителя Света. Повелитель Хаоса просит вашей помощи. Из хранилища был украден артефакт, — мужчина покосился на Персефону и та, поняв намек, отошла поодаль. Солдат продолжил: — Украден кристалл Хаоса.