Книга Песнь Света о черничной весне, страница 131 – Кира Цитри

— Продолжим завтра, — сказал Бог и, отвернувшись, скрылся за дверями тренировочного зала.

Ему нужно возвращать того, кого он потерял — себя. И сейчас как никогда он нуждался в нежных женских ласках. Бог свернул в крыло наложниц и толкнул тяжелую дверь. Ниалл перестал быть собой, кинувшись в черничный омут, неосознанно хранил верность одной женщине, да еще и Хаосовой девчонке. Но так больше продолжаться не может и ему пора возвращать былое величие.

Мужчина в капюшоне бежал по тропинке. Ботинки чавкали, попадая в грязевые лужи. Он скользил, ноги отяжелели от прилипшей грязи, волосы намокли от дождя, а капюшон плаща сорвался от порывистого ветра. Он прижимал к груди два светящихся кристалла. Один черный, словно бархатная ночь, а второй — его полная противоположность, мерцающий золотистыми искрами. Он переливался подобно алмазу и горел в его ладонях. Мужчина зашипел от боли и попытался воспользоваться меткой Хонга, позволяющей ему пользоваться Порядком. Магия помогла, боль уменьшилась и свечение кристаллов исчезло. Он остановился, осмотрелся, удостоверившись в том, что за ним никто не следит, а затем взмахнул свободной рукой, снимая полог высокого здания и, толкнув дверь, прошел внутрь. Деревянные створки со скрипом захлопнулись, пыль в воздухе заиграла серебристыми искрами, попадая под солнечные лучи кристалла Ниалла. Мужчина прошел вперед, завернул направо, ища нужный проход. В доме царил полумрак. Пахло затхлой сыростью и пылью, но этот мерзкий запах разрезал аромат спелой вишни и крепкого алкоголя.

Мужчина толкнул дверь, заходя внутрь и оказался в просторной гостиной. Свет от камина разрезал полумрак, а потрескивающие поленья приятно ласкали слух. Хонг полулежал на диване, расставив широко ноги. Волосы были такими длинными, что одежда была не нужна, они прикрывали все, что стоило скрыть. В изящных длинных пальцах, усеянных обилием тонких золотых колец, лежал наполненный рубиновым вином бокал на хрустальной ножке. Губы изогнулись в приветливой улыбке при виде вошедшего гостя. Две полностью нагие девушки крутились рядом. Одна с короткими шоколадными кудрями делала Хонгу расслабляющий массаж плеч, втирая в них ароматное масло, а вторая покрывала поцелуями нагую грудь, усеянную шрамами.

— Лино, проходи, не стесняйся, — мурлыкнул Хонг.

Лино кивнул, встал на колени и протянул кристаллы, лежащие в раскрытых ладонях. Глаза Хонга сверкнули, губы, испачканные вином, растянулись в улыбке. В свете от камина они казались кровавыми. Он облизнулся, руки затряслись в нетерпении, голос сорвался на хрип.

— Ох, мои дорогие, как я мечтал держать вас в своих ладонях!

Хонг подскочил, схватил кристаллы, прижимая их к своей груди. Он едва не затанцевал на месте и не расцеловал пришедшего Лино. Мужчина стоял на коленях, опустив низко голову, и ждал награду. Хонг тотчас бережно завернул кристаллы в бархатную тряпку, уложил их на мягкую подушку, точно дорогого гостя и пальцем поманил мужчину, позволяя приблизиться. Он сел на диван и протянул ладонь для поцелуя. Шершавые губы мужчины коснулись протянутой ладони, глаза с обожанием скользнули по лицу того, кого он называл «хозяином» и «Повелителем мира».

— Ты заслужил награду, мой мальчик. Но только, когда в моей коллекции будет кристалл Порядка. Ты же сможешь украсть его для меня, верно? — Хонг погладил Лино по щеке, обвел пальцами острую линию скул, спустился на белесый шрам, а затем сжал пальцами подбородок, вынуждая смотреть в затягивающий омут глаз.