Книга Развод. Его тайна сломала нас, страница 44 – Софа Ясенева

На листе — фигуры. Немного кривые, с детской неуклюжестью, но узнаваемые.

Я. Живот выделен особенно — круглый, подчеркнутый несколькими линиями. Рядом — маленький человечек внутри, как это обычно рисуют дети. И… ещё одна фигурка. Чуть в стороне.

Я перевожу взгляд на Алису.

— Это ты? — мягко уточняю, кивнув на третью фигурку.

— Может, — пожимает плечами.

— Красиво получилось. Спасибо, что показала.

— А… — начинает она вдруг.

Сбивается.

Я всё же поворачиваю голову.

Она смотрит в пол, носком ковыряет ковёр.

— А он правда там? — кивает на мой живот, но не поднимает глаз.

— Да, — отвечаю спокойно. — Там.

Она морщит лоб, будто пытается это представить.

— И он… вылезет?

Я сдерживаю улыбку.

— Родится.

Она кивает. Но она вдруг добавляет:

— И ты его будешь любить…

— Да, — отвечаю спокойно. — Буду.

Она кивает.

— А если он родится… — начинает и запинается. — Ты меня не выгонишь?

Тот самый вопрос, который, кажется, зрел в ней всё это время.

Сердце на секунду сжимается так, что становится больно уже не физически. Я не отвечаю сразу, потому что понимаю — здесь нельзя ошибиться. Нельзя сказать “конечно нет” просто потому, что так правильно.

Она сразу почувствует фальшь.

— Я не собираюсь тебя выгонять, — говорю тихо, но чётко.

Алиса слушает.

Я продолжаю, подбирая слова:

— Ты уже живёшь с нами. И это не поменяется из-за того, что у меня будет ребёнок.

Она хмурится.

— Но он же маленький будет…

— Будет, — киваю. — И ему нужно будет много внимания. Но это не значит, что ты станешь не нужна, — добавляю. — Это значит, что нас станет больше. И нам придётся учиться жить всем вместе.

— А если я буду плохая?

— Ты ведёшь себя по-разному, — отвечаю спокойно. — Как и все.

Она поднимает глаза.

— И что?

— И ничего, — пожимаю плечами. — Это не причина выгонять человека.

Вечером возвращается Юра.

Я слышу, как открывается дверь, как он снимает обувь, проходит в дом. Раньше Алиса бы уже бежала к нему с криками или, наоборот, демонстративно игнорировала.

Он появляется в гостиной и останавливается.

Смотрит на нас.

На меня в кресле.

На Алису на полу с альбомом.

И я вижу, как в его взгляде мелькает удивление.

— Привет, — говорит осторожно.

— Привет, — отвечаю.

Алиса поднимает голову.

— Привет, — добавляет тихо, и снова утыкается в рисунок.

Юра хмурится едва заметно, будто пытается понять, что он пропустил. Подходит ко мне, касается плеча.

— Как ты?

— Лучше, — киваю.

Он смотрит внимательнее. Потом переводит взгляд на Алису.

— Чем занята?

— Рисую, — коротко.

Позже, когда Алиса уходит наверх, унося с собой альбом, я провожаю её взглядом.

Юра наклоняется ко мне.

— Что-то изменилось, — тихо говорит.

Я выдыхаю.

— Немного.

— В лучшую сторону?

Я думаю. Прокручиваю в голове её взгляд, рисунок, вопрос.

— Да, — отвечаю честно. — Кажется, да.

Он кивает.

Берёт мою руку, сжимает.

На этот раз я не отдёргиваю её.

Осторожно поворачиваю голову к Тоне. Она спит, свернувшись на боку, ладонь под щекой, вторая лежит на животе — так она теперь делает почти всегда, даже во сне. Смотрю на этот жест долго, и ловлю себя на странной мысли: раньше я воспринимал её беременность как что-то… нереалистичное. То, что ещё только случится. А сейчас этоуже произошло, и требует от меня куда больше, чем я до этого давал.