Книга Возмездие Байкала, страница 13 – Чингиз Абдуллаев

— Я не совсем понимаю. Вы одобряете или критикуете?

— У каждого свои подходы. Поясняю.

— Ясно. Извините, но я прочту то, что мне удалось получить у этого офицера.

Она взглянула на Дронго, словно раздумывая, что ей делать. И решительно достала очки из сумочки. Надела очки и начала читать. Дронго отвернулся. Надев очки, она постарела еще на несколько лет. Теперь ей было больше сорока. Сорок два или сорок три, подумал Дронго. Начало легко трясти, и он попросил стюардессу принести ему еще немного водки. И еще большой стакан томатного сока, с которым он смешал водку и выжал туда лимон. Сидевшая у окна Джоан Кросман читала материалы и что-то отмечала в своей записной книжке.

Он закрыл глаза.

«Как я не люблю эти длительные перелеты, — подумал Дронго, — гораздо легче работать в Европе. Некоторые страны можно объехать за несколько часов на машине».

Он посмотрел на сидевшую рядом женщину.

— Интересно. Есть ли у нее муж, семья. Эти американки настолько эмансипировались, что сейчас выходят замуж в сорок лет. Хотя времена меняются. Раньше в Баку двадцатилетняя девушка, не вышедшая замуж, уже считалась достаточно взрослой. Выдавали в восемнадцать или в девятнадцать. Со временем возраст сдвинулся на несколько лет. Но все врачи считают, что рожать лучше именно в молодом возрасте.

Его всегда возмущали новые правила общения полов в Америке. Нельзя пристально смотреть на женщину, нельзя делать ей комплименты, нельзя даже помогать ей выходить из автомобиля или подавать пальто. Считалось, что равноправие полов диктует абсолютное равенство мужчин и женщин, даже в поднятии тяжестей или в любой физической работе. Не говоря уже о многочисленных судебных исках американских женщин, которые по любому поводу обвиняли мужчин в сексуальных домогательствах. Его всегда поражали эти новые веяния в современных американских штатах. Зато во Франции известная актриса Катрин Денев организовала общество женщин, которые считали нормальным, когда мужчины говорят комплименты и ухаживают за дамами. Ему больше импонировал французский подход.

Джоан продолжала что-то записывать. Затем подняла голову:

— Они уверяют, что проверяли всех, кто мог общаться с Ашфордом. Но кто-то мог знать о его предстоящей поездке на Байкал. Например, в нашем посольстве. Он ведь наверняка сообщал, куда полетит.

— Тогда среди подозреваемых должны быть ваши дипломаты, — мрачно ответил Дронго. — Российские следователи не могли получить право на допросы всех сотрудников вашего посольства.

— Но я могу это выяснить, — сказала Джоан.

— Может, поэтому они и не возражали против вашего приезда. Есть сведения, которые может получить только сотрудник ФБР. Я говорю не только о дипломатах в посольстве. Но возможно, Ашфорд заранее планировал свою поездку на Байкал, об этом мог знать и кто-то в самой Америке.

— Думаете, что нужно проверять его знакомых и родных?

— Если нет других подозреваемых, то обязательно.

Она убрала записную книжку, сняла очки.

— Вместо того чтобы найти конкретного убийцу на берегу Байкала, нам нужно возвращаться в Миннесоту и опрашивать его знакомых? Вы не находите, что слишком увлеклись?

— Не нахожу. Я не вижу причин для его убийства. Если сумеем установить причины, то сможем выйти на убийцу.

— В случайности вы не верите?