Книга Оккультриелтор, страница 105 – Цзян Тай-Юй

Я попросил у Ши-чуна сигарету. Он отошел что-то купить, и я решил остаться, сославшись на то, что хочу побыть в тишине. Толстый Чу вернулся в ресторан, а я присел на корточки рядом с тумбой-пепельницей, как бродяга, блуждающий тут и там, но понимающий, что дальше так жить невозможно. Мне нельзя оставаться в живых.

Сигарета обожгла пальцы, и тогда я очнулся от оживших в голове событий той ночи на горе.

— Пойдем, чего тут торчишь? – Ши-чун вернулся с напитками и едой.

Я посмотрел на него, недоумевая:

— Тебе что, мало, еще поесть купил?

Молочный чай с шариками и куриные хрустики.

— Об этом потом, заходи давай!

Ши-чун поставил куриные хрустики с молочным чаем на пустое место.

И я заплакал.

Все правильно – Фэй Лун обожал эти блюда. Я зажмурился, чтобы скрыть слезы, но настоящие слезы не скроешь. Хорошо, что Толстый Чу заказал отдельный зал.

— Ян Шу.

Ши-чун похлопал меня по плечу. Я замотал опущенной головой, давая понять, что не надо меня утешать.

— Ян Шу, ты… – сказал он, толкая меня.

— Я в порядке, просто грустно стало, – ответил я, понурившись.

— Ян Шу.

— Да в порядке я, говорю же!

Погоди.

Я поднял голову. Ведь это голос не Ши-чуна.

И тогда я увидел Фэй Луна.

— Чтоб тебя! Человек ты или призрак?! – сорвался я на крик.

Мне тут же стало ясно, что я сказал какую-то чушь. Фэй Лун призрак, понятное дело. Но даже зная это, я застыл, не проронив ни слова. Как Фэй Лун вообще очутился здесь? Его тень казалась совсем слабой, но я знал, что это именно он, здоровяк Фэй Лун, глядит на меня, щурясь и улыбаясь, подавшись вперед и потягивая носом ароматный дымок от горячих куриных вкусняшек.

Но самое неловкое было то, что, несмотря на все странности, с какими мне довелось столкнуться, я все равно испугался, неожиданно увидев призрака.

— Фэй Лун, ты не погиб? – Я похлопал себя по губам. – Вот глупость сморозил, Фэй Лун, ты же давно мертвый – мертвее не бывает. Ой, опять не то. Короче, тебя этот Мертвец Тала не убил?

Фэй Лун только улыбался. Бу сказала, что сейчас он еще не может со мной разговаривать и пройдет много времени, прежде чем это случится, но показаться ненадолго у него уже получается. В груди у меня все горело, трудно передаваемое ощущение – радость от потерянного и снова обретенного, огромная, несказанная радость. Но тут на меня снова накатило уныние.

— А что… с Паинькой?

— Этому маленькому призраку путь сюда заказан, – ответила Бу.

Я вздохнул.

— А чего расстраиваться? Я его под шумок отвела обратно в ту квартиру. Как правило, умершие не своей смертью не могут покинуть место, с которым связаны. Может быть, с Фэй Луном или с тобой его связала судьба, поэтому Фэй Лун увел его оттуда, но, как только это случилось, Паинька даже двух слов связать не мог. Только вернувшись в ту квартиру, он со временем придет в себя, и лишь потом можно будет как-нибудь помочь ему.

Дослушав Бу, я успокоился. Пусть я вел себя сейчас как умственно отсталый романтик, все хорошо, что хорошо кончается, и теперь я был страшно рад. Чуть не бросился обнимать Фэй Луна! Бу добавила, что у него не так бы истощились силы, если бы их остаток он не потратил на то, чтобы напомнить мне об укрытии.

Мне вспомнился голос, который в решающий момент приказал мне ложиться на землю. Тогда у меня так ломило голову, что я едва соображал: передвигаться нормально не мог и сделал это неосознанно. Оказывается, это Фэй Лун велел мне лечь. Если бы я знал это, то не расстраивался бы так, а то все тело страдало от душевных ран.