Книга Развод. Пошел вон!, страница 35 – Елена Попова

Смотрю на мокрую от дождя трассу и вспоминаю, как меня словно магнитом потянуло к крохотной двухмесячной девочке, как взяла ее на руки, как она сжала своими тонкими пальчиками мой палец — ухватилась за него, словно не желая отпускать, и как смотрела на меня своими малюсенькими глазёнками.

С того момента эта кроха поселилась в моем сердце.

Я знала, кто ее родители, но верила в то, что моя забота и любовь победят генетику.

Видимо, ошиблась…

— Оль, поворот не пропусти.

— Точно! — сбавляю скорость, включаю правый указатель поворота, и через несколько секунд сворачиваю на проселочную дорогу.

— Столько лет дорогу не могут отремонтировать! — ворчит тетя.

Раскачиваясь на ямах и подпрыгивая на кочках, едем в сторону поселка, в котором прошло все мое детство.

Многие люди, приезжая в родные края, улыбаются, ностальгируют по прошлому, изучают изменившиеся до неузнаваемости постройки и вспоминают, какими они были в их далеком детстве.

А я еду с каменным лицом.

Мои родные края могут лишь погрузить меня в страшные события, которые мне продолжают сниться, и о которых я не забуду до конца жизни.

Кругом поля, усыпанные цветами, вдалеке виднеется голубая гладь озера, здесь божественная природа, но… мне все это кажется черно-белым.

Поскорее бы добраться до кладбища, проведать родителей, и вернуться обратно в Москву.

Но мне еще предстоит проехать мимо дома Славы… Другой дороги до кладбища, к сожалению, нет.

Приближаемся к коттеджу, который по-прежнему один из самых красивых во всей округе: за коваными воротами возвышаются высоченные ухоженные туи, виднеется красивый сад с беседкой и бассейном. Фасад коттеджа как будто только что после ремонта — выглядит очень даже свежим несмотря на то, что ему уже достаточно много лет.

А крыльцо все то же… с белыми резными перилами за которые я держалась, чтобы не упасть, и, едва переставляя ноги, спускалась по той самой деревянной лестнице.

Снова вижу себя в возрасте восемнадцати лет, стоящей на этом крыльце.

Прогоняю образ Ольги из далекого прошлого, прибавляю скорость и еду в сторону кладбища.

У меня и так сейчас переживаний выше крыши, не хватало еще чтобы прошлое накрыло с головой.

Переключаю все свои мысли на вчерашнюю встречу с мамой моего ученика. Думаю, я обращусь к ней в скором времени. Пусть расскажет в своем блоге о прославленном учителе географии, о нашей звезде, которую всем ставят в пример.

Война так война.

Я принимаю ее вызов.

Пусть даже не надеется на то, что выйдет сухой из воды.

Сделаю все возможное для того чтобы Кира никогда не смогла работать учителем. Чтобы ее не брали на работу даже в сельские школы, расположенные далеко-далеко от Москвы.

Приводим в порядок могилки, затем несколько минут сидим на скамейке, вспоминаем с тетей Любой хорошие моменты, связанные с родителями, прощаемся с ними и едем обратно.

— Дай бог они там, наверху, помогут тебе выпутаться из этой истории, — вздыхает тетя. — Мужика бы тебе нормального, Оль. Чтобы, знаешь, от всех бед тебя укрыл! Чтобы ты всегда могла на него положиться, чтобы…

— Теть Люб, — усмехаюсь я, — первый сбежал в Лондон, бросив меня в трудной ситуации, второй — ушел к другой. Ты серьезно думаешь, что после такого печального опыта у меня когда-нибудь появится желание выйти замуж? Уж лучше одной жить, честное слово. Нервы целее будут. Зачем мне в доме мужик? Чтобы котлеты не пропали?