Книга Вторая жена. Я выбираю ад с тобой, страница 59 – Альма Смит

Вечером, когда дети уснули, а Рустам уехал, Динара сидела на кухне с чашкой чая и смотрела на Умара.

— Ты это сделал, — сказала она. — Ты помирил нас.

— Нет. — Он покачал головой. — Это ты сделала. Ты простила. Это труднее, чем помирить.

Она отставила чашку, подошла, села к нему на колени.

— Умар, я боюсь.

— Чего?

— Что это все — сон. Что я проснусь и окажусь в той комнате у тети Патимат. Одна. Без тебя. Без детей.

Он обнял ее, прижал к себе.

— Это не сон. Я здесь. Я реален. — Он взял ее руку, приложил к своей щеке. — Чувствуешь? Я живой. Теплый. Настоящий.

Она провела пальцами по его скуле, по губам, по подбородку. Он поймал ее руку, поцеловал каждый палец.

— Завтра поедем выбирать платье, — сказал он. — Настоящее. Белое. Свадебное.

— Умар, зачем? У нас уже есть свидетельство. Мы уже муж и жена.

— Для людей. Для родственников. Для детей. — Он посмотрел ей в глаза. — И для нас. Чтобы помнить этот день. Чтобы рассказать внукам.

Она улыбнулась. Внуки. Она никогда не думала о внуках. А теперь это слово звучало так естественно, так тепло.

— Хорошо, — сказала она. — Поедем выбирать платье.

Магазины свадебных платьев оказались большими, светлыми, пахнущими тканью и духами. Динара растерялась среди кружева, шелка, фатина. Продавщицы суетились вокруг, предлагали, советовали, приносили одно платье за другим.

— Вот это, — сказала одна, показывая пышное платье с корсетом. — Очень популярная модель.

— Нет, — отрезал Умар, сидевший в кресле с Амилей на коленях. — Ей нужно что-то скромное. Элегантное.

— Может, вот это? — Девушка достала струящееся платье из матового шелка, кремового цвета, с длинными рукавами и закрытой спиной.

Динара подошла, потрогала ткань. Мягкая, приятная, дорогая.

— Можно примерить?

— Конечно.

В примерочной она сняла одежду, надела платье. Оно легло идеально — не слишком пышное, не слишком открытое. Скромное, но красивое. Достойное женщины, которая прошла через ад и осталась человеком.

Она вышла к Умару. Он поднял голову — и замер.

— Ну? — спросила она, чувствуя, как краснеет.

— Ты… — Он поставил Амилю на пол, встал, подошел. — Ты самая красивая.

— Папа, а можно я буду в таком же платье? — спросила Амиля, дергая его за штанину.

— Вырастешь — купим.

Динара посмотрела в зеркало. На нее смотрела женщина, которую она не узнавала. Счастливая. Спокойная. Любимая.

— Беру, — сказала она.

Фарид сидел на стуле, листал журнал, делал вид, что ему скучно, но Динара видела, как он украдкой улыбается. Ее мальчик. Ее семья. Ее жизнь.

Она снова поверила в счастье. На этот раз — навсегда.

До свадьбы оставалось десять дней, и дом превратился в муравейник.

Динара не ожидала, что подготовка к торжеству отнимет столько сил. Каждое утро начиналось со звонков — организаторы, флористы, повара, музыканты. Умар настоял на том, чтобы всё было по высшему разряду: ресторан в центре города, живая музыка, столы ломятся от яств.

— Это лишнее, — пыталась возражать Динара. — Мы можем скромно, дома.

— Нет, — отрезал Умар. — Ты заслужила праздник. Не спорь.

Она не спорила. Но внутри всё сжималось от мысли, что на неё будут смотреть сотни глаз. Те же самые глаза, которые три года назад провожали её позорным шепотом. Теперь они увидят её в белом платье, под руку с мужчиной, который выбрал её.