Книга Вторая жена. Я выбираю ад с тобой, страница 32 – Альма Смит

Мальчик сел, сверля Амину ненавидящим взглядом. Амиля заплакала.

— Видишь, что ты делаешь? — Динара поднялась, прижала Амилю к себе. — Ты детей пугаешь.

— Это ты их пугаешь. Своим присутствием. — Амина скрестила руки на груди. — Но ничего. Скоро все встанет на свои места. Умар одумается. Они всегда одумываются.

Она вышла, оставив дверь открытой.

Динара стояла посреди комнаты, прижимая к себе плачущую девочку, и чувствовала, как внутри разрастается холод. Амина не отступит. Она будет бороться. И у нее есть оружие, которого нет у Динары — законная связь с Умаром и будущий ребенок.

Днем приехала мать Умара, Раиса.

Динара слышала ее голос внизу — сухой, властный, не терпящий возражений. Потом шаги на лестнице, и дверь детской снова открылась.

Раиса вошла, окинула комнату цепким взглядом, задержалась на Динаре, на детях.

— Выйди, — сказала она Динаре. — Мне нужно поговорить с внуками.

Динара поднялась, хотела взять Амилю, но Раиса остановила жестом.

— Оставь. Я сама.

Амиля запротестовала, потянулась к Динаре, но Раиса прикрикнула:

— Сидеть!

Девочка замерла, глотая слезы. Фарид смотрел исподлобья, но молчал.

Динара вышла в коридор, но не ушла. Прислонилась к стене рядом с дверью и стала слушать.

— Подойди ко мне, Фарид, — услышала она голос Раисы. — Не бойся, я не кусаюсь.

Тишина. Видимо, мальчик не двигался.

— Ты знаешь, кто я?

— Бабушка, — буркнул Фарид.

— Правильно. Я бабушка. И я хочу, чтобы ты понимал: эта женщина, которая с вами сидит, — чужая. Она не ваша мать. Ваша мать — Амина. Она носит вашего братика или сестричку. А эта… она пришлая. И может уйти в любой момент.

— Не уйдет. — Голос Фарида звучал упрямо.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю. Она обещала.

Раиса усмехнулась.

— Обещала… Дети, вы еще маленькие, не понимаете. Взрослые много чего обещают, а потом забывают. Ваша настоящая мать… — Она запнулась. — Та, что родила тебя, Фарид, тоже обещала жить долго, а умерла. И что?

Динара замерла. Вот оно. Первая жена. Значит, правда.

— Моя мама умерла, — глухо сказал Фарид. — Я ее не помню.

— Вот именно. И Динару скоро забудешь. Все забывается.

— Не забуду! — Голос мальчика сорвался на крик. — Вы просто злая! Вы хотите, чтобы Динара ушла, а я не хочу!

— Тише, тише… — Раиса понизила голос. — Ладно, не хочешь — не надо. Но запомни: если будешь плохо себя вести, Динару накажут. Понял?

Динара стиснула кулаки. Старуха манипулирует ребенком. Использует его привязанность как рычаг.

— Я буду хорошим, — прошептал Фарид. — Только не трогайте Динару.

— Умница. — В голосе Раисы послышалось удовлетворение. — А теперь позови сестру, посидим вместе.

Динара отошла от двери, сделала вид, что только что поднялась по лестнице. Когда она снова вошла в детскую, Раиса сидела в кресле с Амилей на коленях. Девочка смотрела затравленно, но не плакала — видимо, боялась.

— А, Динара, — Раиса подняла на нее глаза. — Приготовь нам чай. И печенье принеси. То, что Амиля любит.

— Хорошо.

Динара спустилась на кухню, механически выполняя распоряжения. Руки дрожали. Эта женщина была страшнее Амины. Амина — открытый враг, ее можно видеть, можно противостоять. Раиса действовала исподтишка, через детей, через страх, через чувство вины.

Вернувшись с подносом, она застала картину: Раиса что-то рассказывала детям, Фарид слушал, опустив голову, Амиля сидела тихо, как мышка.