Книга Бывшие. Кольцо из пепла, страница 59 – Альма Смит

— Я хочу, чтобы ты показал, что твои проекты — не про наживу. Что они — часть города. Что ты — часть города. Не хозяин. Сосед. Которому не все равно.

Он резко развернулся и пошел к машине.

— Садись. Обдумаю.

На обратном пути он был молчалив. Но не закрыт. Он смотрел на дорогу, и Амина видела, как его пальцы отбивают какой-то ритм по рулю. Он обдумывал.

Когда они въехали во двор дома, он заглушил двигатель, но не вышел.

— Ты сегодня хорошо справилась с юристом. Он не самый покладистый.

— Он защищает твои интересы.

— Теперь он защищает наши интересы. — Он повернулся к ней. — Школа. Ладно. Я дам команду оценить объем работ. Но это будет твой проект. От начала до конца. Ты будешь общаться с директором, с подрядчиками, контролировать. Я дам тебе человека в помощь, но решение за тобой. Испытание. Выдержишь — получишь больше.

Он не предлагал. Он бросал вызов. И она принимала его.

— Хорошо.

— И еще одно. Сегодня вечером. После ужина. Приходи в кабинет. Без Мадины. Нам нужно поговорить. О том, что было вчера. О том, что… начинается.

Он вышел из машины, не дав ей ответить. Амина осталась сидеть, чувствуя, как сердце бьется где-то в горле. Разговор. Тот самый, которого она и боялась, и ждала.

Вечер был долгим. Мадина, уставшая от дня, уснула быстро. Амина переоделась в простые штаны и свитер — доспехи простоты. Она постучала в дверь кабинета.

— Войди.

Он стоял у камина, с бокалом воды в руке. Не коньяка. Воды. Он был без пиджака, рубашка расстегнута на две пуговицы.

— Закрой дверь.

Она закрыла. Тишина в кабинете была густой, налитой невысказанными словами.

— Сегодня ты перешла черту, — начал он без предисловий. — Ты перестала быть пассивной стороной. Ты стала активным игроком. И это меняет все.

— Ты сам этого хотел. Союзника.

— Я хотел помощника. А получил… партнера. Который может оспаривать мои решения. Который видит дальше сиюминутной выгоды. Который напоминает мне о вещах, которые я пытался забыть. О школе. О брате. О том, каким я мог бы быть.

Он поставил бокал.

— Это неудобно, Амина. Опасно. Для моей власти. Для моего контроля. Над бизнесом. Над жизнью. Над тобой.

— Я не хочу, чтобы ты мной контролировал.

— Я знаю. И это самая большая проблема. Потому что я не знаю, как иначе. Все, что у меня есть, построено на контроле. Без него все рассыплется.

Он подошел ближе, остановившись в шаге от нее.

— Вчера я чуть не переступил еще одну черту. Ту, за которой нет возврата. И я не уверен, что хочу останавливаться. Но я должен быть уверен. Потому что если я позволю себе это… если я позволю себе тебя… то назад пути уже не будет. Ни для меня. Ни для тебя.

Амина смотрела ему прямо в глаза, не отводя взгляда.

— А что, если назад уже и нет пути? Что, если мы уже прошли ту черту, когда ты привез меня на пустырь и показал свою боль? Когда я стояла с тобой против Павла? Когда мы вместе готовили день рождения Мадине? Ты думаешь, после этого можно просто отступить и играть в тюремщика и пленника?

— Нет, — честно ответил он. — Нельзя. Но я не знаю, что делать дальше. Я не умею… любить. Не так. Не без условий, не без расчета. То, что я к тебе чувствую… это сплошной хаос. Желание защитить, страх потерять, злость на твою независимость, гордость за нее… и это… это что-то еще, от чего у меня темнеет в глазах, когда ты рядом.