Книга Бывшие. Кольцо из пепла, страница 43 – Альма Смит

— Это друг папы. Он будет гулять с нами, чтобы нам было безопасно.

— А почему нельзя просто нам?

На этот вопрос не нашлось простого ответа. Джамал, спустившись, взял ситуацию в свои руки. Он опустился на корточки перед дочерью.

— Потому что в мире есть не только хорошие люди. И папа должен быть уверен, что с тобой и мамой все в порядке, даже когда он на работе. Ислам — сильный. Он поможет, если что.

Его тон был спокойным, объясняющим, но не допускающим возражений. Мадина кивнула, не понимая, но чувствуя серьезность. Ее мир снова сжался, стал контролируемым и подозрительным.

Амина пыталась сохранить видимость нормальности. Она уговорила Джамала разрешить урок рисования — художница приехала, но теперь ее машину тщательно проверяли на въезде. Занятия проходили в гостиной под бесстрастным взглядом Ислама, стоявшего у двери. Мадина рисовала молча, краски ложились на бумагу темными, нервными пятнами.

Вечером Джамал вернулся раньше обычного. Он сразу прошел в кабинет, вызвал к себе Ислама и еще двух мужчин, чьи имена Амина не слышала. Разговор за закрытой дверью был долгим и тихим. Потом он вышел, лицо его было каменным, но в глазах горел холодный, методичный огонь. Он нашел того, кто сделал фотографии. Не заказчика, а исполнителя. Местного мелкого хулигана с большими долгами. Тот, после недолгой беседы, сдал человека, который нанял его. Имя ничего не сказало Амине, но Джамал, услышав его, лишь кивнул, словно подтвердил догадку.

— Это из старых дел, — коротко пояснил он Амине за ужином, когда Мадину увел Ислам готовиться ко сну. — Конкурент, которого я когда-то вытеснил с рынка. Решил, что теперь, когда у меня есть… слабое место, можно надавить. Ошибся.

— Что ты будешь делать?

— То, что делаю всегда. Убеждать. Денежно или иначе. Он бизнесмен. У него тоже есть что терять. Завтра с ним встречусь.

Он говорил об этом так, будто планировал деловую сделку. Но Амина видела жесткую складку у его рта. Это была не сделка. Это была демонстрация силы.

— Без насилия, — вырвалось у нее.

Он поднял на нее взгляд.

— Насилие — неэффективный инструмент. Оно оставляет следы, вопросы. Я предпочитаю чистые методы. Страх, выгода, информация. Он отступит.

Она хотела спросить «а если нет?», но не стала. Ответ был в его глазах. Тогда будут другие методы. Любые.

Ночью Мадине приснился кошмар. Ее крик разорвал тишину дома. Амина первой вбежала в комнату. Девочка металась в постели, всхлипывая что-то про большую черную птицу. Амина обняла ее, стала укачивать.

В дверях появился Джамал. Он стоял в темноте, наблюдая. Потом вошел, сел на край кровати с неловкостью человека, не знающего, как утешать.

— Это просто сон, — сказал он глуховато. — Он не настоящий.

— Он был настоящий! — всхлипнула Мадина. — Он хотел меня унести!

— Никто тебя не унесет, — его голос окреп, обрел привычную уверенность. — Потому что я не позволю. И мама не позволит. И даже Ислам не позволит. Мы все здесь. Сон — это просто картинки в голове. Их можно прогнать. Хочешь, научу?

Мадина, уткнувшись лицом в мамину шею, кивнула. Джамал, после секундного колебания, протянул руку и положил свою большую ладонь ей на спину, поверх одеяла.

— Закрой глаза. Представь свою самую сильную игрушку. Ту, что может всех победить. Поставь ее между собой и этой птицей. И прикажи ей защищать. Громко. Внутри себя.