Книга Никогда с тобой, страница 68 – Катерина Пелевина

— Вот как, — я улыбаюсь и смотрю на неё. — А что она меня тоже обижала? Мама знает?

— Лена? — удивленно спрашивает младшая.

— Ну, например, что твоя сестра стырила мою школьную форму из раздевалки и замочила её в ведре с белизной в подсобке? Или что она выплеснула мне в спину бутылку ледяной воды на дискотеке? Или...

— Лена, ты??? Реально??? — с восхищением смотрит Кристина, а я ржу. Ленка же вся покраснела и не знает куда спрятать свои бесстыжие глаза...

— Он всё врёт, — ломается она и идёт прямиком на кухню.

— Ага, ну конечно, — смеюсь я, направившись следом.

За столом стоит гробовая тишина, пока я не начинаю прощупывать почву.

— Можно мне отпросить Лену на выходные?

— А?! — в панике смотрит она, а я сжимаю под столом её руку.

— Хочу отпросить её на выходные на лыжную базу. Не вдвоём конечно. Там будет мой товарищ и его отец. Шолохов Владислав Борисович.

— Тот самый? Тренер по хоккею? — спрашивает её мама.

— Да, всё верно.

— Ой, а можно я с вами! — тут же подрывается мелочь, и я конечно не хотел её брать, но в принципе, раз так можно получить расположение, почему, блин, нет?

— Можно, если твоя мама разрешит, — смотрю на неё, и она рассматривает своих дочерей по очереди.

— Ну, что скажешь, Лена? Ты-то вообще хочешь?

Ленка смотрит на меня своими огромными глазами. Боится, я знаю. Но я не трону. Я же не мудак какой-нибудь. Всё понимаю.

— Ну да. Хочу...

— Ну... Хорошо тогда. Я отпущу, вы только будьте аккуратнее и смотрите в оба глаза за Кристиной.

— Я лично беру за них ответственность, не переживайте, — говорю я, и в дверь вдруг раздаётся звонок. Мы все втроём переглядываемся.

— Я открою, — говорит Лена и отпускает мою руку. Через минуту я слышу голос чушка и меня подрывает. Я и выйти хочу, и ссор не хочу устраивать. Потому что если сейчас так себя поведу, она со мной, нахрен, никуда не поедет. Только поэтому сжимая кулаки, смотрю на её младшую сестру, которая закатывает глаза. У нас тут общая антикрюковская коалиция образовалась.

— Это был Андрей, он уже ушёл, — говорит она, вернувшись за стол. Тишина поглощает кухню, пока мелкая не выдаёт:

— Слава Богу...

— Кристина! — шикает на неё Лена и зло смотрит, мотая головой.

Я же, ухмыляясь, сильнее сжимаю Ленкино запястье. Оно у неё тонкое. Гладкое. И когда я кладу пальцы на венку, чётко прощупываю её пульс. Он ускоряется, как только я слишком активно её трогаю.

— Спасибо за гостеприимство, — выдаю я напоследок, когда Ленка уже выгоняет меня возле двери.

— До свидания, Саша, — провожает взглядом её мама и исчезает из прихожей, а я тут же жму свою зубрилку к себе.

— Что ему было нужно?

— Он хотел в гости... Это было ужасно, — хмурится она. — Мне пришлось... Сказать, что у Кристины ангина, и я не хочу, чтобы он заболел.

— Ты чё, так и не призналась ему?! — выпаливаю я, отпрянув от неё. Да, подгорает. Ужасно подгорает. Лютой злобой кроет, что и сдержаться кажется невозможным. Я вспыльчивый, я импульсивный, и да, чёрт возьми, я ревную Доманскую. В идиотах мне ходить тоже не хочется.

— Нет, Саш... Я пока... Саш... — она пытается ещё что-то сказать, а у меня желание сломать ему вторую ногу, чтобы больше не ходил сюда, трепло обоссанное. — Ты пойми, что я так не могу. Он заплатил за мою поездку. Не поехал сам. Я чувствую себя ужасно.