Книга Криминалист 6, страница 19 – Алим Тыналин

* * *

Вечер выдался прохладным, первым по-настоящему осенним вечером в Вашингтоне. Я заехал за Николь в половине восьмого.

Она вышла к машине минута в минуту. Темные брюки, короткая замшевая куртка цвета табака, волосы распущены по плечам. Без сумки, только ключи в руке. Открыла дверцу «Форда», села, бросила ключи в карман куртки.

— Опоздал на тридцать секунд, — сказала она с улыбкой.

— Светофор на М-стрит.

— Принято.

Она пристегнулась и посмотрела вперед. Я тронулся с места.

Кинотеатр «Апфронт» на Коннектикут-авеню светился неоновой вывеской на полфасада, красно-желтой, в стиле, который был модным лет десять назад и с тех пор никуда не делся. У касс очередь человек в пятнадцать, в основном пары и компании молодых, несколько мужчин постарше в одиночку.

На афишном стенде у входа черно-белая фотография, Берт Рейнольдс с луком, напряженное лицо, деревья за спиной. «Избавление». Рейтинг R, Уорнер Бразерс.

Я взял два билета в кассе, три доллара пятьдесят за оба. Кассир, девица с начесом, сунула билеты в окошко, не глядя.

Зал большой, мест на триста, заполнен примерно наполовину. Мы сели в середине, ряд двенадцатый. Кресла обиты красным плюшем, в подлокотники вмонтированы маленькие металлические пепельницы. Пожилая пара рядом с нами уже курила, женщина «Салем», мужчина «Кэмел» без фильтра. Дым тянулся к потолку тонкими нитями.

Погас свет. Пошли рекламные ролики, «Кока-Кола», реклама местного магазина электроники на Висконсин-авеню, трейлер нового фильма с Клинтом Иствудом. Потом началась картина.

Я уже видел «Избавление», давно, в прошлой жизни. На мой взгляд, неплохо.

Сейчас я смотрел его иначе.

Николь сидела прямо, не откидываясь на спинку. Смотрела не мигая. Когда Берт Рейнольдс выходил на позицию с луком, она наклонилась чуть вперед.

— Красиво стреляет, — сказала она тихо, не поворачиваясь ко мне. — Но медленно.

— Зато бесшумно.

— Мне нравится, когда выстрелы слышно.

Больше мы не разговаривали до самых титров.

После сеанса вышли на Коннектикут-авеню. Воздух прохладный, градусов шестьдесят, не больше, пахло осенними листьями и выхлопными газами. На билборде напротив кинотеатра ковбой «Мальборо» смотрел в даль поверх наших голов. На тротуаре людно, после сеанса народ расходился по барам и ресторанам.

— Проголодалась? — спросил я.

— Да.

Мы перешли улицу и зашли в бар через дорогу, темный, с деревянными панелями на стенах, низкими потолками и запахом пива и жареного лука. В углу джукбокс «Wurlitzer», из него негромко играло что-то из Кэрол Кинг, «Tapestry», пластинка семьдесят первого года, видимо любимая у хозяина заведения. Мы заняли угловую кабинку.

Официант, молодой парень с бакенбардами, принес меню, одна ламинированная страница, стейки, бургеры и салаты. Николь закрыла меню через десять секунд.

— Бурбон «Уайлд Таркей», стейк средней прожарки, картошка.

— То же самое, — сказал я.

Официант кивнул и ушел.

Николь положила локти на стол, сцепила пальцы. Посмотрела на меня.

— Вы до сих пор на стандартном Модель десять?

— Да.

Она чуть поморщилась, так, как морщатся профессионалы, услышав о чем-то неоптимальном.

— Я на Модель девятнадцать. Комбат Магнум,.357, четырехдюймовый ствол.

— Тяжеловат для постоянного ношения, — сказал я.

— Зато хорошее останавливающее действие. — Она произнесла это спокойно, как инженер говорит о характеристиках детали. — У вас.38 Спешл, шесть зарядов в барабане. Консервативно.