Книга Взрыв, страница 51 – Сергей Леонтьев

Николай и Вовка прибыли одновременно. Коля – через приоткрытые ворота, Вовка – через забор с противоположной стороны.

— Уф, – сказал Вовка, – классная пробежка. Два рубля гони, за риск!

— Ты сперва расскажи, что видел!

— Ну, звоню, открывает не Юрка, козел какой-то. Борода такая, – Вовка показал, – и волосы как у бабы длинные, сзади на резинке. Че тебе, говорит.

— А ты?

— Ну я говорю: Юльке записка. А он говорит: давай. А я говорю: ты не Юлька. А он меня хвать за руку. А я его за палец зубами. Он аж взвыл. – Вовка довольно улыбнулся. – Ну, он меня, конечно, отпустил, я наутек. Я быстро бегаю.

— Я видел, – сказал Андрей, протягивая мальчишке честно заработанные два рубля. Посмотрел на Николая: – Ты как?

Тот пожал широкими плечами:

— Что я? Под лестницей просидел. Те двое меня не заметили.

— Еще полтину дашь, я что-то интересное скажу, – сообщил мальчишка.

Андрей протянул пятьдесят копеек:

— Ну?

— Юрку кончили.

— Почему так решил? – удивился Андрей.

— У козла рукав в крови.

Оксана ойкнула и зажала рукой рот. Николай нахмурился.

— Все, уходим, здесь больше делать нечего, – поторопил Андрей. – Ты, Вовка, пока к дому не подходи. Мы сейчас милицию вызовем.

— Ясен пень, – важно заявил Вовка, спрятал деньги в карман штанов и деловито удалился.

Друзья проводили Оксану в общежитие. По пути вызвали милицию из телефона-автомата. Представляться не стали. Коля поехал домой, Андрей – на «Скорую». «Карты проверить и подумать», – объявил он. Оксану попросил до своего возвращения из общежития не выходить. Девушка обещала: «Почитаю пока конспекты. Если, конечно, смогу». Договорились вечером собраться, обсудить дальнейшие действия.

За двадцать девять дней до взрыва на станции Сортировочная.

Москва, площадь Дзержинского, кабинет председателя КГБ СССР

Генерал-майор Волков видел, что разговор для председателя неприятен, как будто тот принял тяжелое, вынужденное решение и сейчас не знает, как лучше об этом сообщить. Андропов не просил доложить о ходе операции «Картель», в этом не было необходимости. Оставленный накануне Волковым подробный рапорт лежал на столе, и генерал не сомневался, что документ изучен самым внимательным образом.

— Александр Федорович, – начал председатель. Помолчал, глядя в окно, снова повернулся к генералу: – Надо передать всех задержанных сотрудников милиции в изолятор Министерства внутренних дел. Материалы передать в следственную группу министерства.

Волков ожидал чего угодно, только не этого. Сейчас, когда сломленные многочасовыми допросами милиционеры активно дают показания, когда дело о причастности министерства к антигосударственной деятельности обрастает непробиваемыми доказательствами, передать людей и материалы означает разом перечеркнуть всю проделанную работу.

— Юрий Владимирович, они развалят дело!

Это был крик души обычно невозмутимого начальника следственного управления.

— Развалят. – Председатель комитета государственной безопасности твердо смотрел генералу в глаза. – Сейчас развалят. В министерство мы передадим копии документов. Оригиналы оставим у себя.

— Есть оставить оригиналы у себя, – уже спокойным тоном подтвердил распоряжение руководителя генерал.

Он прекрасно понял Андропова. Такие дела не имеют срока давности. Придет время, и материалы вновь всплывут. В самый неприятный для кого-то момент.