Онлайн книга «Ведьмино наследство»
|
— И часто у тебя под окнами такое творится? - сочувственно осведомилась у Светки Анжелика, разглядывая лейтенанта, словно это был диковинный зверь в зоопарке. — Не поверишь, но часто, - по-свойски, словно разговаривала с закадычной подругой, ответила та. - Особенно в последнее время. Ползают всякие гады, природу портят... — И что, совсем отлепиться не хочет? — Нет, - уверенно качнула головой негодница, - пока все дерево не сожрет. — А я думал, что товарищ отливает, - задумчиво проговорил Леонид. - Надо же, как ошибся. Оказывается, короед... — Тьфу! - Лейтенант выплюнул им под ноги сучок и обиженно просипел: - Не короед я, а лейтенант милиции! — Ох ты, господи, он еще и разговаривает! - искренне удивилась певица. - Лучше бы ты, дружок, и вправду был ментом, чем вот так вот... — И много он уже погрыз? - деловито поинтересовался Леонид. — Не так уж и много, - пожала плечами Светка. - Но дерево, правда, полностью уничтожил. Вон там стояло. - И показала пальцем на то место, где- стоял исчезнувший тополь. — Неправда! - горячо запротестовал Загоруйко, с мольбой глядя в глаза обожаемым кумирам. - Это не я его сгрыз! — Нуда, рассказывай, - хмыкнула колдунья, - если бы тебя вчера с клена не согнали, ты бы и его съел. — Вот гад какой, - покачала головой Варум. - И не жалко ему? Люди сажают, сажают, а он... — Может, ему морду набить? - просто предложил Леня. — Опять ты за свое, хвостик? - проворковала Анжелика, нежно глядя супругу в глаза. - А если ему больно будет? — А разве дереву не больно, зайчик? - проворковал тот в ответ и чмокнул ее в лобик. - И потом, я уже забыл, когда в последний раз это делал. — Ах, Ленчик, это так романтично, - томно вздохнула великолепная Анжелика. - Я тебя обожаю. — Сейчас ты полюбишь меня еще больше, - нежно пообещал муженек и со всего маха врезал лейтенанту кулаком по скуле. - Получай, вредитель! — Тебе же больно! - в ужасе воскликнула певица и начала дуть на его кулак. — Пустяки, - небрежно поморщился он. - Еще и не в таких переделках бывали, - и саданул короеда по зубам. Хрясь! Два передних зуба зашатались, но выстояли в раскрытом в немом крике рту лейтенанта, только по подбородку потекла кровь. — Все, он обезврежен, - довольно заявил никем не превзойденный певец современности. - Грызть ему теперь нечем. Поехали на концерт. Бросив вконец опозоренному Загоруйко на прощание вредную ухмылку и нагло подмигнув, Светка подхватила своих новых друзей под руки и повела их к заждавшемуся "Кадиллаку", озарявшему вспышками цветомузыкальных подфарников окровавленную физиономию милиционера. Через несколько мгновений машина убралась со двора, унося в своем длинном чреве проклятую ведьму, великих артистов и вдребезги разбитые мечты лейтенанта. Ему показалось, что жить дальше нет никакого смысла... Утро дня похорон выдалось на редкость жарким и солнечным, словно природа искренне радовалась избавлению от такой безбожной старушки, какой при жизни была Софья Давыдовна Гарина. К десяти часам маленький двор заполнили невесть откуда взявшиеся люди в траурных одеждах, дорогие автомобили. Невзрачные старушки в черных платках, закрывающих почти все лицо, очень походили на ведьм, они стояли толпой у детской площадки и о чем-то перешептывались, глядя на то, как работники ритуальной конторы выносят из катафалка закрытый красной крышкой гроб. Деловито туда-сюда сновали какие-то женщины и мужчины хмурого вида в черных костюмах, с траурными повязками на Рукавах. Кто они такие и по чьему приглашению явились - этого никто не знал. У самого подъезда особняком стояли окруженные телохранителями солидные мужчины в дорогих костюмах, судя по виду - важные чиновники, лица некоторых были знакомы по телевизионным новостям. Они не перешептывались, а молча, со скорбными физиономиями наблюдали за происходящим, всем своим видом показывая, что явились сюда не по службе, но по велению сердца. У соседнего подъезда суетилась Любовь Михайловна, вполголоса командуя соседками, накрывающими столы, вынесенные сюда специально по такому случаю. У стены дома были сложены венки с лентами, на них пестрели прощальные надписи. Рядом топтались привыкшие ко всему музыканты с духовыми инструментами. Никто не рыдал и не пытался выяснить у создателя, почему он так рано призвал к себе незабвенную Софью, никто не бросал цветов на гроб, медленно плывущий на руках ритуальных служащих к стоящим посередине двора табуреткам - все скорбно застыли, отдавая дань уважения покойнице, о существовании которой большинство из них, как думала Светка, при жизни даже не догадывалось. Впрочем, может быть, она и ошибалась - мало ли что могла натворить бабка за свои почти девяносто лет, если уж фотографировалась с самим Сталиным. |