Книга Игра и грани, страница 102 – Марина Серова

Я остановилась, давая ему осознать.

— Она совершила наезд на Ольгу Воробьеву. Затем на какое-то время затаилась в автомобиле… а потом открыла водительскую дверь, а сама покинула салон через пассажирскую дверь сзади. Не шибко изящно, но более чем эффективно — так было проще затеряться в толпе. И ей это удалось. Могу также предположить, что она знала расположение камер.

— У нее… — голос Морозова сорвался. — У нее есть какие-то связи в полиции?

— Для этого не нужны связи в полиции, Алексей, — покачала головой я. — В день убийства она просто внимательно осмотрела будущее место преступления. Прогуливалась там и запомнила, какие камеры находятся по периметру.

Морозов снова опустился в свое кожаное кресло, его фигура казалась неестественно маленькой. Я продолжила, чуть подавшись вперед.

— Ну и потом этот мальчик, Николай Красилов, — сказала я, и голос мой предательски дрогнул, выдав внутреннее напряжение. — Я наблюдала за ним… Я сразу же обратила внимание на его фотографию среди всех портретов футбольной команды, что висят у вас на втором этаже, недалеко от спортзала. Он показался мне… очень сильно знакомым. Я в тот момент подумала, что, может быть, это какой-то мой соседский мальчишка. Затем я стала случайным свидетелем его разговора с молодой чирлидершей Женей. Это было на днях. А сегодня… Буквально тридцать минут назад я встречалась с Женей, и она все рассказала мне.

Я набрала воздуха в грудь и на одном дыхании произнесла:

— Николай Красилов — внебрачный сын Николая Гринева.

Морозов, до этого неподвижный, как изваяние, резко откинулся на спинку кресла. Его глаза расширились от неподдельного, оглушительного изумления. Казалось, воздух в кабинете на мгновение стал гуще.

— Звучит как бред, — выпалил он наконец, и в его голосе прозвучало не столько неверие, сколько отчаянное сопротивление этой информации.

— Знаю, — тихо согласилась я. — Но это чистая правда. Женя не просто высказала предположение. Она предоставила мне… определенные документы. Мне пришлось выложить за них немаленькую сумму. Но я об этом не жалею. Я думаю, что ей в любом случае была нужна финансовая поддержка.

— И Коля… В смысле, старший. Коля Гринев то есть, — он замешкался, — Николай Александрович об этом не знал? — голос Морозова дрогнул, в нем слышалось смятение.

— Нет, почему же? Конечно, знал. Именно поэтому он выбрал Красилова в качестве своего протеже. Помогал ему с самого момента его рождения. Женя рассказала мне, что Гринев перестал общаться с его матерью, Еленой Красиловой, однако сына всячески старался поддерживать. Красилова сейчас живет в Покровске. Она не хотела отпускать Колю в Тарасов, однако он настоял, потому что здесь он видел больше перспектив для спортивной карьеры. Последние несколько лет он жил со своей бабушкой по материнской линии. В Тарасове он познакомился с Женей. А какое-то время спустя… узнал от бабушки, вероятнее всего, правду о своем настоящем отце. Тогда они с Женей, два испуганных и обозленных подростка, решились на отчаянный шаг — шантажировать его. Или просто потребовать то, что, как им казалось, им причиталось по праву. Их план был детским, неоформившимся, и они обсуждали его не слишком осторожно. Так я узнала о том, что Красилов — сын Гринева. И возможно, примерно так же об этом узнала Наталья.