Книга Умереть не до конца, страница 99 – Питер Джеймс

Мозг Грейса лихорадочно заработал. Он был вне себя от ярости, но не мог выплеснуть ее сейчас на журналиста. А ведь такое случалось и раньше. Пару месяцев назад, в ходе расследования другого дела, в «Аргус» просочилась важная информация об обнаружении на месте преступления жука-скарабея^[9]. И вот, пожалуйста, опять двадцать пять. Ну и кто в ответе за утечку? Проблема в том, что это мог оказаться кто угодно. Хотя эти сведения не были обнародованы на пресс-конференции, половина полиции Суссекса уже знала про противогаз.

Вместо того чтобы накричать на Спинеллу, Грейс уставился на репортера, оценивая его. Кевин, в общем-то, был умным, способным парнем, и криминальная хроника явно была его коньком. Вполне вероятно, что через год или два он перейдет из местной газеты в какое-нибудь более солидное издание, может быть, даже в общенациональное – так что ссориться с ним ни к чему.

— Что ж, я весьма признателен, что вы не подняли этот вопрос на пресс-конференции.

— Так, значит, это правда?

— А наш разговор фиксируется?

— Нет. – Спинелла демонстративно захлопнул свой блокнот.

Грейс немного поколебался, все еще не зная, можно ли доверять этому человеку. А потом произнес:

— На месте происшествия действительно был найден противогаз времен Второй мировой войны, но мы пока не знаем, связано ли это с убийством.

— И вы скрываете это обстоятельство, потому что о противогазе известно только настоящему убийце?

— Да. И я попросил бы вас тоже до поры до времени держать эту информацию в тайне.

— А что мне за это будет? – тут же поинтересовался Спинелла.

Грейс поймал себя на том, что язвительно улыбается журналисту:

— Да вы никак пытаетесь торговаться?

— Если я иду вам навстречу, то вполне могу рассчитывать на ответную любезность. Когда-нибудь в будущем. Это только справедливо. Так что, договорились?

Рой покачал головой и снова ухмыльнулся:

— Ну вы и нахал!

— Рад, что мы поняли друг друга.

Грейс повернулся к двери. Но репортер не унимался:

— И еще один маленький вопрос. Правда ли, что вы и помощник главного констебля Элисон Воспер не сходитесь во взглядах?

— Мы все еще говорим не под запись? – уточнил Рой.

Спинелла кивнул, показывая закрытый блокнот.

— Без комментариев! – язвительно ответил Грейс и, ухмыльнувшись, на этот раз вошел внутрь, плотно закрыв за собой дверь.

Десять минут спустя Грейс и Брэнсон уже сидели в полукруглых красных креслах в помещении для допроса свидетелей. Напротив них расположился Брайан Бишоп. Вид у того был самый разнесчастный. Из отеля его привезла Мэгги Кэмпбелл, сотрудница отдела по взаимодействию с семьями потерпевших, которая ждала снаружи.

Грейс, без пиджака и в рубашке с короткими рукавами, положил блокнот на маленький журнальный столик, а затем вытер пот со лба носовым платком. Брэнсон, облаченный в свежую облегающую белую футболку, синие джинсы в обтяжку и кроссовки, сегодня, казалось, немного воспрянул духом.

— Вы не против, если мы и сегодня тоже будем все записывать, чтобы сэкономить время, сэр? – спросил Рой у Бишопа.

— Как угодно.

Гленн включил аппаратуру.

— Суббота, пятое августа, 12:03. Детектив-суперинтендант Грейс и детектив-сержант Брэнсон проводят допрос мистера Брайана Бишопа.

Грейс сделал глоток воды, заметив, что Бишоп был одет в ту же одежду, что и накануне, разве что верх сменил: сейчас на нем была салатовая рубашка поло. По сравнению со вчерашним он выглядел совсем убитым горем, как будто наконец-то осознал весь масштаб трагедии. Вчера, наверное, был в шоке и действовал на адреналине, как это иногда случается. Горе влияет на всех по-разному, но есть и общие этапы, через которые проходит большинство скорбящих людей. Потрясение. Отрицание. Злость. Грусть. Чувство вины. Одиночество. Отчаяние. Постепенное принятие и смирение. Грейсу доводилось пару раз сталкиваться с весьма жестокими убийцами, которые так убедительно изображали все эти стадии, что заслуживали «Оскар».